ВЫСШИЕ АРХЕТИПЫ: ОПЫТ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ :: 1. Ч а с т ь 1 — ХОЛИСТИЧЕСКИЙ АРХЕТИП Часть 2

0
285
Глобальная модальность дает значительно более широкую и тонкую интерпретацию 
свободы, нежели локальная. Здесь свобода даже в ее обыденном понимании звучит 
уже в значительной степени как абстрактная, почти философская категория; 
человек рассматривает весь спектр возможных вариантов своего поведения и 
оценивает его с точки зрения его богатства и широты открывающихся возможностей, 
не ограничиваясь зачастую своим текущим намерением и непосредственными 
последствиями его исполнения, но рассматривая вопрос в целом и существенно шире.
 При этом его могут смущать не локальные ограничения, но ограниченность выбора 
в целом: “Пусть я сегодня привязана к младенцу и не могу выйти из дому - это 
меня не тревожит; но завтра он вырастет - и куда я смогу пойти?” Типичная не 
решаемая в глобальном понимании свободы проблема заключается в ее 
ретроспективном рассмотрении: “Я вчера совершил ошибку. Был ли я свободен в 
своем выборе? Каков был реально спектр возможных вариантов моего поведения? В 
какой мере меня вело мое подсознание? Судьба? Воля эгрегора или черного мага?”. 
Список этих вопросов можно продолжать довольно долго, но удовлетворительного 
ответа на них человек скорее всего так и не найдет, поскольку само по себе 
понятие свободы осмысленно лишь в некоторых модальностях времени, и, в 
частности, к прошедшему времени может применяться лишь ограниченно и с большими 
натяжками.
Таким образом, свобода в локальном и глобальном понимании это совершенно 
различные понятия, и люди, для которых она важна в локальной модальности, часто 
совершенно не понимают претензий своих партнеров, понимающих свободу в первую 
очередь глобально.
- Ты меня ограничиваешь.
- Я же всегда оставляю тебе возможность осуществлять твои желания!
- Но ты ограничиваешь меня в целом.
- А какое это имеет значение?
- ??!!!! Это единственное, что важно!
Этот разговор, как понимает читатель, совершенно некомплементарен, и шансов на 
взаимопонимание у партнеров нет, пока один из них не сменит модальность, а 
точнее, пока не поймет, что для партнера является значимой совершенно иная 
модальность свободы, чем для него самого.
Вопросы к читателю. Чувствуете ли вы себя свободным, оказавшись в одиночестве? 
Понимаете ли вы свободу как отсутствие ощутимых ограничений? Связаны ли для вас 
понятия свободы и вдохновения? Трудно ли вам соблюдать внешний режим? Вовремя 
приходить на работу? Склонны ли вы искать препятствия внутри себя или же во 
внешних обстоятельствах? В конкретных врагах? В злой судьбе? Ограничивают ли 
вашу свободу общие социальные рамки или же больше конкретные обстоятельства? 
Верите ли вы, что народ может влиять на свою судьбу, или считаете такую 
постановку вопроса бессмысленной? 
Самооценка и самомнение
Есть люди, непереносимо чванные, и есть немыслимо скромные, и, хотя второе 
переносится окружающими легче, в любом случае важно понимать внутренний 
характер самооценки человека и особенности ее внешнего проявления - в частности,
 видеть или угадывать соответствующие модальности.
Локальное самомнение, как правило, весьма подвижно и, главное, напрямую связано 
с текущим психическим состоянием человека и его успехами на данный момент. “Я 
ужасен! Я никуда не гожусь!” - такая самооценка, высказанная в пылу огорчения 
по случаю мелкой неудачи, совершенно адекватна, если к ней добавить уточняющее 
определение “сегодня”; но сам человек это подразумевает и ему нет нужды в таком 
уточнении, тем более, что подсознательно он отлично знает, что через полчаса по 
другому, нисколько не более значительному поводу, он будет восклицать “Я 
поистине велик! Я молодец!” - и т.п.
Локальная самооценка относится либо к фрагменту реальности, либо к фрагменту 
личности, и это нужно хорошо понимать. Позиция: “я был хорош тогда-то” или 
“такие-то черты моей личности меня совершенно не устраивают” не означает для 
человека, использующего локальную модальность, дальнейшего обобщения на всю его 
жизнь или персону, хотя бы даже по непосредственному смыслу его слов так могло 
показаться - однако он не имеет этого в виду. Однако для опытного наблюдателя 
не укроется активность локального архетипа - под ним слова звучат легче и 
конкретнее, а интонации не содержат многочисленных пауз, символизирующих 
многоточие или метафорическое обобщение, что характерно для глобального 
архетипа. Локальный архетип в своих проявлениях подчеркнуто односторонен - и 
когда он звучит в самооценке, то может сильно раздражать, если не понимать его 
правильно, а в особенности если путать его с глобальным.
Глобальная самооценка это нечто очень серьезное, и если она произносится с 
должным пафосом, то может буквально сокрушить собеседника. Фраза: “Я никуда не 
гожусь!” - сказанная под глобальным архетипом, заставит вас на минуту поверить 
в то, что человек не состоялся ни в одном аспекте своего бытия и к тому же 
серьезно болен неизлечимой болезнью, так что дни его сочтены, а на скромную 
могилу никто не придет с заплаканными глазами - только вороны прокаркают на ней 
свою скверную панихиду. Столь же убийственно действует глобальная положительная 
самооценка: “Я прожил большую, интересную, достойную жизнь, состоялся как 
семьянин и гражданин, заслужил множество высоких наград, известен на уровне 
области и в ноосфере”, - услышав подобную самохарактеристику, собеседнику 
захочется быстро сползти со стула на пол и, тихо скуля, начать лакать молоко из 
собачьей миски.
Впрочем, глобальная самооценка не обязательно развернута: в устной речи 
достаточно ее начать, а остальное довершит интонация (торжественно-серьезная), 
ответственно-собранное выражение лица, осанка (Цезаря или нищего на паперти) и 
жестикуляция, захватывающая все тело.
С человеком, чья самооценка управляется холистическим архетипом на хаотической 
(первой) стадии проработки, очень трудно иметь дело. Он путает локальную и 
глобальную модальности самым неприятным для партнера образом: например, частную 
критику по своему адресу (“ты плохо завязал шнурки у ботинок”) воспринимает как 
глобально-унижающую оценку (“ты никуда не годишься ни в чем”) и реагирует 
соответственно - смертельно обижается, надолго замыкается в себе и т.п. 
Наоборот, замечания общего характера, неприятные и невыгодные для него в своем 
прямом значении (“твой моральный облик, честно говоря, хромает”) он ловко 
принимает в локальной модальности и извиняется соответственно, как ни в чем не 
бывало: “Извини, вчера я неловко пошутил”, - хотя партнер ведет речь вовсе не о 
вчерашнем его поведении, а о накопленных за многие годы обидах. Трудностью для 
коррекции такого рода поведения является сложность его осознания и 
формулирования на обычном языке, поскольку локальная и глобальная модальности 
весьма абстрактны и обычно сознанием не регистрируются, и уж во всяком случае 
не кажутся человеку чем-то существенным - разумеется, пока он не освоил 
материал этой части.
Вопросы к читателю. Считаете ли вопрос о самооценке вредным или 
бессодержательным? За что вы себя цените выше всего? Что в себе вы осуждаете 
самым резким образом? Если вы недовольны другим человеком, как вы выразите свое 
мнение о его персоне? Локально или глобально? Часто ли вы чувствуете себя 
личностью? Что стоит для вас за этим понятием? Попытайтесь ответить на 
последний вопрос письменно и определите модальность вашего ответа.
Слабые места и страхи
У каждого человека есть свои слабые места - их он недолюбливает, опасается, 
насколько возможно избегает и при любом удобном случае вытесняет в подсознание. 
Для работы над собой, однако, слабые места представляют существенный вызов: 
иногда их удается компенсировать или обойти, а иногда нет, и тогда приходится 
заниматься ими вплотную. Это весьма непростая и болезненная операция, и большую 
помощь в ней может оказать правильное использование модальностей, например, 
устранение имеющихся у человека сильных перекосов в использовании модальностей, 
то есть отчетливой и даже кричащей некомплементарности в общении, в том числе и 
с самим собой. Поэтому пристальное внимание к используемым человеком 
модальностям особенно важно и поучительно, когда речь заходит о его слабостях, 
невротических и фобических зонах.
В локальной модальности слабости человека всегда конкретны и определенны; они 
могут быть, конечно, связаны с какими-то еще обстоятельствами его жизни 
(например, быть следствием тяжелого детского переживания), но подаются обычно 
как таковые. Другими словами, человек как бы говорит: здесь мне плохо, здесь я 
не уверен в себе, так что не трогайте этого места или помогите, если можете, но 
только, Бога ради, будьте поаккуратнее: больно. Однако больное место в 
локальной модальности не изолировано от остальных: туда может быть протянута, 
так сказать, рука помощи, переданы йод, жгут и бинты и необходимое питание.
Глобальная модальность рассмотрения слабых мест человека прежде всего 
предполагает их изоляцию от окружающего пространства. Чаще всего человек 
окружает область вокруг больного места высоким забором, на котором написано: Не 
подходи! - причем эта область берется с большим запасом, так что в нее попадают 
и совершенно здоровые участки, получающие, однако, статус больных. “Обжегшись 
на молоке, на воду дует”, - говорит о таких ситуациях пословица, и это типично 
для глобального подхода к слабостям на низком уровне проработки глобального 
архетипа. 
Не следует, впрочем, думать, что глобальное рассмотрение слабостей лишено 
достоинств - наоборот, лишь глобальный взгляд позволяет связать данное слабое 
место с остальной психикой человека и определить причины слабости, ее близкие и 
далекие последствия и эффективные пути ее усиления или компенсации.
Говоря о страхах, локальный взгляд ориентирован на вопрос: “Чего боюсь?”, в то 
время как глобальный - на вопрос: “Какого рода ситуаций боюсь?”, причем в 
первом случае человек обычно может совершенно точно сказать, что именно ужасное 
должно с ним произойти, а во втором случае такой конкретизации подчеркнуто нет 
(и как бы не может быть).
Рассмотрим в качестве примера страх перед публичными выступлениями (вариант - 
экзаменами). Локальный взгляд нарисует в воображении человека совершенно 
конкретную картину ситуации, которой он боится: в самом начале выступления у 
него перехватывает горло, пропадает голос, из головы вылетают все мысли, 
листочки с конспектом доклада порыв ветра уносит в форточку, а слайды не 
влезают в диапроектор. Видя все это, публика гомерически смеется и закидывает 
неудавшегося докладчика гнилыми помидорами, заранее припасенными на ближайшем 
базаре.
Глобальный взгляд ограничится общим страхом перед ситуацией как таковой, никак 
не конкретизируя возможные узкие места или делая это так, что ничего 
конкретного заранее предпринять нельзя: “Случится что-то ужасное, не знаю, что. 
Ну, может быть, зададут вопрос, на который я не смогу ответить - и позор!!! Или 
с самого начала что-то не заладится, или потом испортится, или в конце 
выяснится, что я все не то говорил...”
При этом, как правило, акцентуация архетипов на фобических ситуациях очень 
устойчива, то есть перевести человека с локального взгляда на глобальный (или 
наоборот) не удается или человек теряет интерес к такому повороту темы, считая 
его бессодержательным или неэффективным. “Страх надо изучать конкретно! - 
считает локальный архетип. - Деталь за деталью, подробность за подробностью, 
пока волосы на голове не поседеют от пережитого ужаса!” - “Нет, страх интересен 
и содержателен только в общем и целом, в нем должна быть неопределенность, 
неожиданность и тайна!” - возражает ему глобальный архетип, и этот спор длится 
вечно.
Вопросы к читателю. На стороне какого архетипа вы находитесь? А ваши знакомые и 
родственники? Каких страхов у вас больше: локальных или глобальных? Какие из 
них противнее, и какие приносят больше внешних и внутренних неприятностей? От 
каких вы хотели бы избавиться в первую очередь? Помогает ли вам что-то понять 
замена модальности рассмотрения?
Время
Субъективная модальность времени это момент, на который психолог должен 
обращать существенное внимание. Только для физики и астрономии время подлежит 
точному измерению и совершенно объективно (да и то зависит от системы 
координат); для человека же существует множество различных типов восприятия 
времени, и все функционирование его психики меняется при переходе от одного 
такого типа к другому.
Локальная модальность восприятия времени актуализируется, например, когда 
человек выбирает какой-то конкретный момент времени и сосредотачивает на нем 
свое внимание. Что сейчас делает читатель? Сидит (автор надеется) на чем-то 
мягком; читает первую часть интересной книги Авессалома Подводного; надеется, 
что вторая часть окажется не хуже первой... Другой вариант локального взгляда 
на время это фиксирование внимания на определенном его качестве или отдельных 
качествах из большого списка возможных: “Время тогда было интересное, но 
голодное и опасное”. Частым признаком локальной модальности времени является 
точное указание года, времени года, даты или иных точных обстоятельств: “Помню 
весну 1990-го года на Кавказе...” Акцентируя локальную модальность времени, 
человек использует такие слова, как “случилось”, “однажды”, “помню, когда”. 
Глобальная модальность времени непременно охватывает определенный период, 
обладающий едиными (для данного человека) качествами; набор этих качеств чаще 
всего неслучаен и образует законченную систему. Глобальная модальность часто 
обозначается такими словами, как “период”, “отрезок времени”, “интервал”: “В 
свой “голубой” период еще молодой Пикассо создал многие знаменитые свои 
картины”.
Многие слова, специфицирующие модальность времени, делают это в недостаточной 
степени, что может создавать поводы для больших недоразумений, особенно когда 
люди не стремятся к точности в коммуникации, надеясь преимущественно на 
телепатические способности собеседника, который и так, без всяких слов, все 
правильно понимает - увы, если бы это было так! Например, слово “сейчас” может 
иметь как локальный, так и глобальный смысл: на вопрос, что он делает сейчас, 
человек может ответить так:
- Сплю.
- Разговариваю с тобой.
- Собираюсь на работу.
- Жду отпуска.
- Коплю деньги.
- Переживаю крупный душевный кризис.
Какие модальности использованы в этих ответах?
Используемая человеком модальность времени, как правило, далеко не случайна - у 
подсознания есть множество веских (для него) причин для употребления именно 
этой, а не другой модальности. Нередко локальная модальность воспринимается как 
более сущностная, яркая, эмоциональная - но и более острая и опасная. Например, 
многие люди очень не любят отвечать на вопрос: “Что ты сейчас делаешь (тогда 
делал)?” в локальной модальности и незаметно переводят ее в глобальную - так 
отвечать куда безопаснее: “Тогда, в субботу на прошлой неделе, я, как обычно, 
сосал лапу у себя в берлоге”. (В последнем ответе видны старания человека 
употребить локальный архетип, как того требует вопрос, но в существенной части 
ответа модальность незаметно меняется на глобальную - об этом свидетельствует 
выражение “как обычно”.)
Еще один интересный вопрос - соотношение употребляемых человеком локальной и 
глобальной модальностей времени с модальностями прошлого, настоящего и будущего.
 Например, некоторые люди, говоря о прошлом, используют преимущественно 
локальную модальность, а говоря о настоящем и будущем - глобальную.
Вопросы к читателю. О чем может свидетельствовать описанная выше корреляция 
между холистическими модальностями и модальностями времени? Какие особенности 
есть в этом отношении у вас? Свободно ли вы сочетаете локальную и глобальную 
модальности с модальностями настоящего, прошлого и будущего? Нравятся ли вам 
поговорки: “дело прошлое”, “кто старое помянет - тому глаз вон”, “когда рак 
свистнет”? Считаете ли вы, что будущее в принципе покрыто густым туманом, и 
ничего конкретного о нем наверняка сказать нельзя? Были ли у вас конкретные 
события, оказавшие влияние на всю вашу жизнь? Опишите их в локальной и 
глобальной модальности. Какое из этих двух описаний точнее?
Любимые сюжеты, герои, образы
У каждого человека есть любимые с детства сказочные или мифологические сюжеты, 
герои книг и просто яркие образы, сопровождающие его по жизни. С 
психологической точки зрения, их выбор далеко не случаен - он отражает 
глубинные формы и акценты подсознания, которые определяют в основном весь 
жизненный сюжет человека. Поэтому весьма поучительным при анализе психики 
является рассмотрение модальностей, которые человек использует при описании 
своих любимых сюжетов и образов.
Глобальный архетип проявляется в любви человека к законченным сюжетам, к морали,
 к счастливому концу сказки, который расставляет все по своим местам, так 
сказать, раздает серьги владеющим ими сестрам. Глобальный взгляд интуитивно 
останавливается на герое, обладающем законченным характером - будь то 
воплощенное добро или даже иногда зло. Обаяние сказок Киплинга про Маугли в 
большой мере связано с единым образом Джунглей как завершенного, замкнутого в 
себе мира, ведомого Единым Законом, в основе которого лежит принцип общности 
крови и уравновешенного совместного существования, казалось бы, несовместимых 
видов.
Люди, ведомые глобальным архетипом, в детстве нередко предпочитают замкнутые в 
себе эпопеи, в рамки которых можно встраивать свою жизнь - таковы “Властелин 
колец” Р.Толкиена, мифология древних греков и индусов. При этом для человека 
часто не так важно, с каким именно героем любимого цикла преданий он себя 
отождествляет, - важнее для него сам факт своей психологической интеграции в 
замкнутый и завершенный сюжет.
Локальный архетип обычно выбирает отдельные штрихи, детали психологии или 
элементы сюжета, с которыми человек связывает себя - но не целиком, а какую-то 
часть своей психики и будущей судьбы. “Декамерон” Боккаччо, сказки о Винни-Пухе,
 Карлсоне, Чебурашке, Алисе в стране чудес, Мэри Поппинс привлекают яркостью 
отдельных эпизодов, а не законченностью общей картины, и, как правило, не 
вызывают желания выстроить свою жизнь в рамках созданной авторами реальности. 
Для человека, ведомого локальным архетипом, очень важны черты конкретного героя,
 с которым он (частично) идентифицируется, и эти черты и наиболее запомнившиеся 
эпизоды книг сопровождают человека по всей его жизни - нередко в форме особо 
запомнившихся цитат. Для англичанина и американца их неисчерпаемым источником 
служит Шекспир, для индуса - Бхагавад-Гита, для русского интеллигента, 
возмужавшего при социализме, - книги Ильфа и Петрова. “Гром и молния - входят 
три ведьмы”; “Я есть единое Я, мировое Я”; “сын турецко-подданного” - такого 
рода ссылки, вошедшие без какого-либо продолжения в плоть и кровь индивида, 
выдают его прочную связь с локальным архетипом.
Вопросы к читателю. В какой модальности вы обычно видите свои любимые образы и 
сюжеты? Помните ли вы самые яркие их детали или в первую очередь сюжетную канву 
любимых книг (фильмов, спектаклей)? Любите ли вы, чтобы к концу истории все 
сюжетные линии завершались? Чтобы в конце сказки была ясна ее мораль? Чтобы 
было что потом вспомнить в деталях и красках? Как вам легче запомнить 
понравившуюся вам историю - опираясь на ее сюжет или яркие черты и поступки ее 
героев? Считаете ли вы себя одним из многих равных участников Драмы Жизни, или 
чувствуете, что она, насколько хватает вашего взора, вращается вокруг вас и 
ваших идей? 
Таланты и творчество
Локальный взгляд на талант не ставит вопроса о месте таланта в жизни человека - 
здесь актуальны темы развития таланта, его становления и реализации на том или 
ином жизненном и профессиональном материале: “Когда я вырасту, я буду петь на 
радость людям, везде и всюду: в гостях, в электричке, на привалах в трудных 
походах”. При этом люди, увлеченные своим делом, под локальным архетипом не 
склонны жертвовать во имя реализации своего таланта всей остальной своей жизнью 
- слишком легко у них перемещается внимание, и ограничить свой дар узкой 
областью своей жизни они органически не способны. Если это дар остроумия, то 
локальный архетип не даст ему ограничиться писанием юморесок - этот человек 
будет хохмить в любом обществе, находя неожиданные повороты темы буквально на 
каждом шагу. (Глобальный архетип вполне может дать профессионального остроумца, 
автора комедий, необычайно молчаливого и мрачного в частной и общественной 
жизни.)
Аналогично, творчество в локальной модальности понимается как нестандартное, 
неожиданное решение, выбор необычного пути, просто оригинальная находка в любой 
конкретной ситуации и на любом материале. Чего-то не было или оно никому не 
приходило в голову, а мне почему-то пришло - вот вам и весь творческий акт в 
его локальном понимании. В этом смысле известный лозунг: “В жизни всегда есть 
место творчеству” имеет недвусмысленно локальную модальность, в то время как с 
глобальной точки зрения он не имеет смысла или, во всяком случае, чересчур 
легковесен.
Глобальный взгляд на талант в узком варианте выделяет его из человеческой 
психики и судьбы и рассматривает как бы отдельно от них - взгляд столь же 
распространенный, сколь антигуманный. Профессиональная самореализация - 
безусловно, важная часть жизни человека, но отрывая ее от остальных сфер его 
жизни, мы превращаем микрокосм в деталь социального механизма, унижая при этом 
первый и профанируя второй. К тому же, бывают не только очевидно 
социально-необходимые таланты (такие, как талант земледельца, каменщика, 
горного инженера или администратора): существуют еще таланты поэта, художника, 
философа, которые имеют очень ограниченную социальную применимость, а также 
таланты сугубо личного свойства, например, дары доброты, гостеприимства, 
щедрости, милосердия, обаяния, коммуникабельности, адаптивности к чужим 
культурам, которые сами по себе, то есть как таковые, не могут найти себе 
адекватной реализации в виде социальной профессии (хотя, конечно, могут 
существенно в ней помогать). Попытки применить узкий глобальный подход к таким 
талантам обычно оказываются несостоятельными - здесь гораздо уместнее локальный 
или иной, более широкий глобальный подход.
Существенно более гуманен широкий глобальный взгляд на талант, когда он 
рассматривается в рамках всей жизни человека. Другими словами, если реализация 
таланта человека под глобальным архетипом в узком его понимании (талант как 
таковой) часто означает игнорирование всей остальной его жизни, то, находясь 
под влиянием глобального архетипа, наложенного на его жизнь в целом, человек 
пытается сознательно сопрягать со своим талантом остальные жизненные программы 
- например, тактично подстраивая их под служение своему дару - или наоборот, 
заставляя его служить другим жизненным целям.
Глобальный взгляд чаще всего заставляет человека размышлять об общем числе его 
талантов, об уровне их реализации, упущенных больших возможностях и глобальных 
перспективах развития своих даров. При этом он пытается найти способы их 
взаимного сочетания и совместного развития - конкурентного или симбиотического. 
Трудно сочетать семейную и профессиональную реализацию, глубокую проработку и 
популяризацию, строительство дома и далекие путешествия, но проработанный 
глобальный взгляд помогает человеку найти свойственное ему сочетание талантов и 
основные пути их реализации.
Творчество в глобальном понимании это ни в коей мере не прыжки или шуточки 
клоуна на цирковой арене - это нечто гораздо более серьезное и величественное. 
С глобальной точки зрения, есть области, в целом творческие, и есть 
шаблонно-рутинные, где творчества в истинном смысле этого слова нет и быть не 
может; аналогичное деление глобальный взгляд распространяет и на человеческие 
коллективы, начиная с семьи и кончая этносами, и при всей неуклюжести и даже 
нелепости таких воззрений с локальной точки зрения (“Ну как это можно отказать 
целому народу в творческом начале!”), они не только устойчиво существуют в 
сознании (и подсознании) человека с активным глобальным архетипом, но и 
представляются ему единственно верными по своему подходу.
Вопросы к читателю. Как вы понимаете народное творчество? Можете ли вы 
предъявить список ваших талантов? Реализованных (хотя бы частично) талантов? 
Талантов, которые вам бы очень хотелось реализовать? Есть ли у вас знакомые, 
чье творческое начало проявляется каждый день? Слышали ли вы о таких людях? 
Верите ли вы рассказам про них? Считаете ли вы, что можно творчески подмести 
пол? Приехать на работу? Прожить жизнь?
Инициатива и воля
Воля - неотъемлемая часть жизни человеческого существа. Однако у одних людей ее 
очень много и не вполне понятны источники ее происхождения, у других, наоборот, 
ее мало, а у третьих она спонтанно появляется и по непонятным причинам исчезает.
 Достичь тайны этого процесса может помочь внимательное наблюдение за 
модальностями человеческих волеизъявлений и инициатив. Кроме того, воспринимая 
и оценивая чужую волю, очень важно понимать в какой модальности она выражается. 
Точно также человек, выражающий свою волю в одной модальности, рискует попасть 
в ситуацию совершенного непонимания себя, если его собеседник или партнер 
воспримет его волю в другой модальности. Рассмотрим эти ситуации на примерах 
модальностей холистического архетипа.
Локальная инициатива отличается в первую очередь тем, что она не предполагает 
ничего, помимо того что человек непосредственно выражает. То есть, другими 
словами, он не предполагает каких-либо осложнений, побочных эффектов, он не 
раздумывает о том, к чему приведет эта инициатива и какие в связи с ней нужно 
будет произвести действия; он предлагает - и все. Вполне может быть, что он 
рассчитывает на то, что его партнер или партнеры, восприняв его предложение как 
исходную точку, разработают его, дополнят, расширят, рассмотрят всевозможные 
подробности и аспекты, о которых он не считает нужным размышлять и вносить в 
рассмотрение, и таким образом изменив модальность на глобальную, превратят его 
частное предложение в оформленную и законченную программу. С другой стороны, 
человек может этого совершенно не иметь в виду, а предполагать, что его 
собеседник, например, отвергнет его инициативу или предложит какую-то свою и, 
таким образом, завяжется процесс обсуждения, который со временем и приведет к 
какому-то содержательному выводу, - но человек не имеет в виду, что его 
предложение уже является оконченным, оформленным и завершенным актом.
Для локальной инициативы характерны, хотя и необязательно, спонтанность, 
неожиданность, переключение темы, смена ракурсов, видимое пренебрежение к 
последствиям.
Глобальная инициатива выглядит как нечто значительно более серьезное по 
сравнению с локальной. Здесь человек имеет в виду некоторую замкнутую, 
завершенную ситуацию, в которую он вмешивается и намерен определенным образом 
изменить, причем он отвечает как за характер воздействия, так и за его 
последствия и за конечный результат этого вмешательства - по крайней мере, он 
это имеет в виду. Это не означает, что глобальная инициатива обязательно будет 
длинной и всесторонней, человек может наметить ее в нескольких общих словах, но 
подразумевать, что у него имеется развернутый и продуманный план действия. 
Разумеется, легкомысленный человек тоже может нести глобальную инициативу, 
проявить глобальную волю, она не будет столь подробно развернута, но, во всяком 
случае, она будет касаться объекта в целом и иметь в виду его глобальную 
трансформацию.
Не менее важным аспектом является восприятие чужой воли или инициативы 
человеком. Локальную волю, проявленную по своему адресу, человек может 
воспринять очень остро, например, остро негативно, и если она его не устроит, 
может категорически против нее возражать, но в то же время его неприятие или 
возмущение также будут локальными и он скорее всего не сделает из них чересчур 
далеко идущих выводов. Совершенно другая реакция бывает у человека, который 
воспринимает чужую волю, направленную на него, в глобальной модальности. Здесь 
сразу возникает неприятная мысль о возможности порабощения, тотального контроля 
со стороны другого человека надо мной, необходимости выстраивать с ним гораздо 
большую дистанцию и другого рода неприятные мысли. Встречаются, конечно, люди, 
которые, наоборот, не стремятся к независимости, а ищут себе начальственную 
фигуру. Такой человек будет воспринимать указания, данные в локальной 
модальности, глобально, что может приводить к очень большим недоразумениям, 
которые трудно распутать.
Вообще, в межличностных отношениях разграничение информационного обмена и 
волевых воздействий чрезвычайно важно. Мой партнер что-то говорит мне; говорит 
он мне это просто так, развлекая меня или передавая какую-то существенную для 
меня информацию, но ничего при этом не имея в виду, или же прямо или косвенно 
навязывает мне свою волю? Вопрос очень острый, и ошибки в такого рода оценках 
стоят собеседникам дорого. Иногда за локальной по смыслу формулировкой стоит 
локальная же воля, точно соответствующая смыслу сообщения. Иногда за глобальной 
формулировкой стоит глобальная же воля, точно соответствующая смыслу сообщения. 
Но такого рода ситуации чрезвычайно редки. Как правило, то, что мы говорим, не 
соответствует тому, что мы хотим от наших партнеров, и не только потому, что мы 
плохо умеем выражать свои мысли и намерения, но еще и потому, что в это 
выражение вмешивается наше подсознание, которое может иметь совершенно иные 
намерения, и один из самых эффективных приемов подсознания это смена 
модальностей. “Я хочу чтобы ты меня всегда слушалась” ,- заявляет молодой муж 
своей жене. Локальная это воля или глобальная? Так, как она выражена, - 
безусловно глобальная. Но при этом жена, скорее всего, поймет его локально, то 
есть воспримет его слова как пожелание, чтобы она слушалась его в совершенно 
конкретных ситуациях. Ну, например, выполняла те его просьбы, которые 
прозвучали вчера. Он, со своей стороны, также, вероятно, имеет в виду не 
глобальное требование подчинения ее воли своей, а чисто локальное требование, 
заключающееся в том, чтобы сегодня вечером, когда он хочет посидеть дома и 
посмотреть телевизор, она не тянула его к подружке на вечеринку.
Вопросы к читателю. В какой модальности вы воспринимаете обещания политических 
лидеров во время избирательной кампании? Часто ли вы ощущаете себя марионеткой 
судьбы? Что больше выводит вас из душевного равновесия: частные просьбы 
домашних или их общие пожелания по поводу вашего поведения? Склонны ли вы 
размышлять о последствиях своих инициатив? Интересуют ли вас побочные эффекты 
ваших действий, когда вы их планируете? Имеет ли для вас какой-то смысл 
выражение “воля народа”?
Развитие
Тема развития, или эволюции, одна из самых важных в человеческой жизни. 
Осознает это человек или нет, у него всегда есть определенные взгляды на эту 
тему и определенные акценты, которые стоят у него в подсознании, которые стоят 
и звучат и проявляются в его деятельности, как только речь заходит о теме 
развития, касается ли это его собственного личностного или социального развития 
или развития того или иного объекта во внешнем мире и мира в целом. 
Символически развивающийся объект можно представить в виде куста, в котором 
наблюдаются корни, ушедшие под землю и представляющие собой платформу или 
фундамент - сравнительно устойчивую часть развивающегося объекта, и его ветви и 
листва, которые представляют собой подвижную, более изменчивую часть, 
символизирующую направление развития. Интересно, что, обращаясь к корням или к 
листве, человек может использовать совершенно различные модальности, и 
наблюдение за ними оказывается весьма поучительным.
Глобальное отношение к корням, или к базе развивающегося объекта, выражается 
часто в том, что человек их в целом одобряет или не одобряет, они ему нравятся 
или не нравятся. Он может считать, что на них можно опираться или что на них 
опираться нельзя, что они уже подгнили и их надо почистить или вовсе пересадить 
объект на иную почву, а старые корни выкинуть. Парадоксальным образом такой 
глобальный взгляд на корни нередко сочетается с локальным отношением к ветвям, 
то есть тот же человек может весьма выборочно, детально и подробно 
рассматривать возможные направления развития объекта, дифференцируя их, 
сравнивая друг с другом и тщательно отбирая те, которые ему нравятся, и те, 
которые его совершенно не устраивают. Так, думая о будущем своего ребенка, отец 
может долго и старательно размышлять о возможных вариантах его будущей судьбы, 
профессии, способах обучения, вариантах социализации, но принимать при этом во 
внимание основные черты характера и склонности своего отпрыска, которые 
очевидны и уже ясно, что меняться не будут, отцу сложно. Он может оценить этот 
уже сформировавшийся психический фундамент ребенка лишь в целом, но ему 
совершенно не интересно разбираться в нем детально.
Локальный взгляд на корни означает, наоборот, склонность человека подробно и 
детально разбираться в их номенклатуре, в их особенностях, хитросплетениях, 
придавая большое значение наиболее ярким, выразительным и эффектным. Такой 
человек любит рыться в истории объекта, усматривая в ней все новые и новые 
интересующие его подробности и никогда от них не уставая. При этом взгляд на 
дальнейшие перспективы развития объекта у него может быть совершенно глобальный,
 то есть он может оценивать их в целом, но разбираться в подробностях и 
рассчитывать варианты будет совершенно не в его вкусе. Родитель такого типа с 
удовольствием будет рассуждать о рано появившихся чертах характера своего 
ребенка, вспоминать характерные эпизоды его детства, отношения с родственниками,
 дружбу с приятелями, считая, что все это и есть как раз тот фундамент, который 
будет держать его всю оставшуюся жизнь; однако будущее этот родитель, вполне 
вероятно, будет рассматривать, наоборот, в общем, схематично, не разрабатывая 
детально возможных вариантов развития своего ребенка, его судьбы и считая это 
бессодержательным и неинтересным, а может быть и вредным для него.
Вопросы к читателю. В какой модальности видите вы свое детство: в локальной или 
глобальной? Что вас в нем больше занимает: конкретные эпизоды или общий склад 
характера, который сформировался в течение ваших детских и юношеских лет? 
Верите ли вы, что какие-то фрагменты будущего можно предсказать точно? Верите 
ли вы в то, что характер человека в целом определяет его судьбу? Интересовались 
ли вы своим генеалогическим деревом? Поступая на новое место работы, 
интересуетесь ли вы в подробностях историей фирмы? Волнуют ли вас в этой 
ситуации ее конкретные перспективы или вы больше заинтересованы в общих 
направлениях ее развития? Считаете ли вы в истории самым ценным факты или же их 
обобщение?
Энергия
Энергия - основная валюта современности. Наверное, было бы лучше, если бы это 
была мудрость, но до этого уровня человечество еще не дошло. Однако разные люди 
воспринимают и транслируют энергию совершенно по-разному.
Локальный взгляд на энергию выделяет в ней совершенно определенные аспекты и 
способность воздействовать на тот или иной объект, вызывая в нем те или иные 
конкретные изменения. Сила удара двадцать тонн - такого рода характеристика с 
локальной точки зрения ничего не значит. Кто нанес удар? По какому предмету? 
Что случилось с этим предметом? Разлетелся он или остался цел? Вот типичные 
подробности, волнующие локальный взгляд.
Глобальный взгляд, наоборот, интересуется общими характеристиками 
энергетического потока или энергетического воздействия, а подробности его не 
волнуют или кажутся малосущественными. Типичные глобальные отзывы:
Энергичный человек. Он смог, и этим все сказано.
Ресурсы его энергии казались неисчерпаемыми.
Высшим государственным деятелям необходима харизма, иначе они быстро 
превращаются в диктаторов.
А вот локальные высказывания:
Я так ударил по мячу, что он вылетел с площадки и выкатился прямо на мостовую.
Только взглянув на эту женщину, я чувствую в себе силы необыкновенные.
Но в первую очередь хочется бежать.
Вопросы к читателю. Говорят ли вам что-нибудь слова “ураган силой восемь 
баллов”? Или он становится вам понятнее, когда вы видите деревья, им 
вывернутые? Осмысленно ли для вас выражение “психическая энергия”? Бывает ли 
так, что давление ситуации вы ощущаете своим физическим телом? Как вы считаете, 
что больше двигает людьми - абстрактные идеи или конкретные цели?
Якоря
Якорь - это термин современной психологии, означающий место, где корабль 
психики человека сделал остановку, и к которому он тяготеет. Другими словами, 
якорное переживание это такое переживание, к которому человек по ходу своей 
жизни так или иначе часто возвращается, и которое приводит его психику в 
определенное состояние - иногда негативное, иногда позитивное. Таковы, например,
 некоторые наши воспоминания, которые всплывают в голове чаще других, 
ассоциируясь с самыми разными обстоятельствами нашей текущей жизни, но каждый 
раз приводят нас во вполне определенное психическое и, в частности, 
эмоциональное состояние. Якоря обычно бывают выраженно эмоционально окрашены - 
либо положительно, либо отрицательно. Если у человека сильные и устойчивые 
отрицательные якоря, то его обычно называют невротиком, то есть человеком, в 
жизни которого есть навязчивое стремление снова и снова без особых на то причин 
возвращаться в устойчивые тяжелые эмоциональные состояния, из которых ему затем 
очень сложно выбраться. Наоборот, о людях с сильными положительными якорями 
говорят, что у них хороший характер, неисчерпаемые источники хорошего 
настроения, доброты, любви к людям и радости жизни. Вопрос о том, какую 
модальность имеют якоря, свойственные данному человеку, имеет принципиальное 
значение как для него самого, так и для людей, которые хотят вступить с ним в 
неформальные психологические отношения.
Локальный якорь представляет собой событие или воспоминание совершенно 
конкретного рода. Очевидно, в момент, когда происходит это событие, которое 
глубоко врезается человеку в эмоциональную память и к которому он возвращается 
снова и снова, даже помимо своей воли, человек находился в особо чувствительном 
состоянии сознания. Вопрос о том, почему те или иные события становятся 
якорными, составляет одну из самых глубоких тайн психологии личности. Понятно, 
что сильные травматические события часто становятся якорями, но у многих людей 
в их роли выступают также и события на первый взгляд незначительные и не 
связанные с сильными эмоциональными переживаниями.
Глобальный якорь обычно связывает воображение человека не с конкретным событием 
или ситуацией, а с некоторым периодом его жизни или с большой группой событий, 
объединенных его воображением вместе в некоторое единое целое. Этот период или 
эта группа событий могут символизироваться определенным абстрактным символом, 
который и будет выступать в роли якоря, но не конкретным событием или 
переживанием. Так, для человека, прожившего благополучное детство или 
воспринявшего свое детство как благополучное само по себе, слово “детство” или 
выражение “счастливое детство” будет мощным якорем, который будет приводить его 
в определенное и в целом положительное конструктивное состояние сознания. 
Другой вариант - удачный роман, который длился в течение нескольких лет, но 
состоял из разрозненных встреч, которые все соединились вместе как единое 
счастливое переживание, которое становится для этого человека, например, 
символом вообще счастливых гармоничных отношений с другим человеком и тем самым 
выступает в роли такого позитивного якоря.
Вопросы к читателю. Обращаясь к наиболее ярким эпизодам или моментам вашего 
прошлого, видите ли вы их как мгновенные фотографии или как целые периоды жизни 
или как ее законченные сюжеты? Помните ли вы обстоятельства первых встреч с 
людьми, которые впоследствии играли важную роль в вашей жизни? Задумавшись о 
вашем детстве, вспоминаете ли вы его конкретные эпизоды или свое общее 
эмоциональное состояние? Оценивая свои завершившиеся в прошлом отношения с 
другим человеком, обращаете вы большее внимание на моменты знакомства или на 
конец отношений? Всегда ли, расставаясь с человеком, вы стараетесь понять смысл 
ваших отношений для себя? Для него? Как в вашу жизнь приходит счастье - 
мгновениями или периодами, хотя бы краткими? Возвращаясь мысленно к своим 
неприятностям и неудачам, вы переживаете их как таковые или стараетесь найти 
также их причины?
Застревание
Застревание это тема близкая к якорям, но все же отличающаяся от нее. У каждого 
человека есть темы, моменты, ситуации, в которых он задерживается своей мыслью, 
а также жизненными сюжетами дольше, чем ему хотелось бы и чем это имело бы 
смысл. Застревание, очевидно, является признаком определенной трещины в 
психическом теле или несовершенства психического механизма, и для психолога 
чрезвычайно важно понять характер и причины такого рода застревания. При этом 
большую роль играют их модальности: часто мы застреваем не по конкретным 
причинам, а по некоторым сопутствующим качественным обстоятельствам, 
сопутствующим этим причинам.
Локальное застревание есть принудительная фиксация человеческого мышления или 
поведения на каком-либо моменте, где он останавливается и дальше почему-то 
сдвинуться не может. Есть, например, люди, совершенно неспособные прекратить 
разговор или уйти из гостей. Оказавшись в ситуации, когда нежная ткань общения 
должна быть решительно рассечена, они оказываются не в силах это сделать и 
ведут себя таким образом, что не дают возможности этого сделать и партнеру, 
особенно если он обладает начатками вежливости. Есть люди, которых магически 
притягивает та или иная тема обсуждения и, перейдя к ней, они уже никакими 
силами и ни за что не могут с этой темой добровольно расстаться. Партнеру 
приходится достаточно грубо их перебивать или иным образом отвлекать их 
внимание для того, чтобы вывести их из этой фиксации. Причем эта тема, вероятно,
 значимая для подсознания, для сознания человека может не быть такой уж 
принципиально важной. Бывают семейные пары, которые нашли взаимопонимание и 
согласование по всем вопросам кроме одного, но в этом одном вопросе каждый из 
них стоит на своей позиции, исключающей позицию партнера, и сдвинуться из этой 
мертвой точки они почему-то не могут, несмотря на все усилия.
Глобальное застревание есть застревание на определенной теме, или например, на 
определенной работе, которую человек исполнить должен, но он не может к ней 
даже приступить – или, приступив, испытывает столь сильные негативные эмоции, 
что немедленно прекращает ей заниматься, или его усилия оказываются совершенно 
неэффективными. Если же он принимается разгребать такого рода непреодолимый 
завал, то он, завал, поглощает человека полностью, и человек оказывается не в 
состоянии ни сделать эту работу, ни выйти в другой сюжет. Такого рода отношения 
многих людей связывает например с темой физического тела и физического здоровья.
 Мало кто полностью удовлетворен своим физическим телом, считает его идеально 
красивым или, по крайней мере, достаточно совершенным для себя лично. Однако 
есть люди, для которых эта тема не имеет существенного значения. Не меньшее 
количество людей, однако, неустанно недовольны своим физическим телом, пройдя 
рубеж юности, уже не в плане красоты, а в плане здоровья и, например, 
избыточного веса. Застревание на теме ожирения или, более широко, неправильного 
питания и неправильного образа жизни свойственно, по-видимому, значительному 
проценту населения стран западного мира. Однако решить эту проблему многие люди 
совершенно не способны и застревают в ней на долгие годы, фактически до смерти. 
Сказанное относится не к больным людям, для которых застревание на болезнях 
может казаться естественным, хотя в принципе необязательным, а именно к людям 
здоровым, но совершенно неспособным справиться с программой своего оздоровления 
и безнадежно в ней увязающим.
Вопросы к читателю. Подумайте о разных своих знакомых. Как у вас происходит 
застревание в отношениях с ними? Застреваете ли вы на отдельных приятных или 
неприятных событиях или на определенных замкнутых сюжетах отношений? Что для 
вас неприятнее: застрять на какой-то конкретной мысли или ситуации или застрять 
в определенном сюжете, крутясь в нем, как белка в колесе? Любите ли вы ритуалы? 
Трудно ли вам преодолевать надоевшие вам ритуалы и как вы это делаете: 
одномоментно или длительными неторопливыми усилиями, словно распутывая сложный 
узел? Нравится ли вам идея разрубания гордиева узла?
Деятельность
Влияние архетипов чрезвычайно важно при понимании деятельности человека. В 
действительности, для того, чтобы нормально работать над чем либо и достигать 
успехов в своей деятельности и получать от нее глубокое эмоциональное 
удовлетворение, каждому человеку нужны свои определенные условия и своя 
расстановка модальностей. Одна и та же работа, выполняемая при правильном, 
органичном для человека сочетании модальностей, может приносить ему радость и 
удовлетворение, а при неудачном, несвойственном ему сочетании модальностей, 
наоборот, ощущаться как страшный психологический гнет, причем причина этого 
гнета может быть ему совершенно неясна. С другой стороны, жизнь требует от 
человека освоения всех существующих модальностей, поэтому упорствование на 
одной из них в ущерб альтернативным также не может считаться образцом 
правильного поведения. Рассмотрим теперь эту тему более конкретно, на примере 
такой деятельности, как уборка квартиры.
Локальный подход называют иногда методом малых дел. Он заключается в том, что 
человек приходит, например, в кухню и начинает наводить порядок, прибирать и 
мыть посуду, не пользуясь при этом никакой специальной системой, а занимаясь 
каждый раз тем предметом на который у него упал глаз. Например, он видит на 
столе грязную чашку берет ее, моет и кладет в посудный шкаф. Затем взор его 
падает на грязный пол, он берет веник и этот пол подметает; после этого его 
внимание привлекают крошки на скатерти, он занимается ими, и так далее.
Глобальный подход выглядит совершенно иначе. Человек делит всю работу на четко 
определенный ряд аспектов, которые в совокупности исчерпывают ее всю. Например, 
в квартире следует а) навести чистоту и б) порядок. В пределах каждого аспекта 
деятельности он устанавливает четкие сферы деятельности, которые в совокупности 
исчерпывают данный аспект, например, навести порядок нужно в кухне, комнатах и 
коридоре. Взявшись мыть посуду, он сначала вымоет все ложки, затем все вилки, 
затем все чашки, затем все мелкие тарелки, затем все глубокие тарелки, после 
чего разложит их в посудный шкаф в той же последовательности.
Не следует думать, что один из этих приемов в чем-то лучше или хуже другого, и 
в каждой ситуации вполне может оказаться, что пригоден один и совершенно 
непригоден другой. Например, воин в бою не может позволить себе направлять свое 
внимание на противников в соответствии с определенной системой, скажем, сначала 
осматривать их вооружение, затем тела, затем выражения лиц и так далее: в 
каждый момент времени он должен максимальное внимание уделять тому противнику, 
который на него в данный момент нападает, краем глаза присматривая и за 
поведением всех остальных. С другой стороны, наводить порядок в финансовой 
жизни организации методом малых дел, по-видимому, занятие совершенно 
бесперспективное и обреченное на провал. Опытный главный бухгалтер никогда так 
делать не станет.
Вопросы к читателю. Всегда ли в деятельности, которой вы заняты, есть 
отчетливая объединяющая ее цель? Доверяете ли вы своей интуиции в плане того, 
чем именно вам нужно заниматься в данную минуту, или вы считаете, что этот 
вопрос необходимо решать, обязательно окинув мысленным взором вашу ситуацию в 
целом? Считаете ли вы, что люди со свободным расписанием и люди свободных 
профессий в принципе бездельники? Способны ли вы соблюдать хотя бы какое-то 
расписание? Любите ли вы, когда окружающие или жизнь призывают вас к порядку? 
Следуете ли вы этому порядку? Нужен ли он вам в вашей работе? Устаете ли вы от 
хаоса?
В СОЦИАЛЬНОЙ СРЕДЕ
Теперь мы рассмотрим важную тему проявления модальностей холистического 
архетипа в непосредственном поведении человека, в социальной среде, где анализ 
модальностей имеет принципиальное значение, во-первых, для понимания человеком 
самого себя и своих проблем и расширения круга своих возможностей, а во-вторых, 
для того, чтобы суметь скорректировать свое поведение и сделать его более 
комплементарным и адекватным. Автор должен заметить, что он не ставит знака 
равенства между последними двумя понятиями; более того, в некоторых случаях 
адекватное поведение будет некомплементарным, но эту некомплементарность 
следует осознавать и использовать ее как острый инструмент, который должен быть 
применен точно вовремя и точно к месту.
Начальник
Локальный архетип заставляет начальника вникать в мелочи и подробности дел 
своего коллектива. В принципе это не плохо, однако его подстерегает соблазн 
заниматься делами через головы своих сотрудников, то есть вмешиваться в ту 
деятельность, которую он поручил какому-либо из своих подчиненных и уже 
возложил ответственность за нее на его плечи. Кроме того, локальный архетип 
искушает начальника заниматься делами методом накладывания заплат на самую 
яркую зияющую брешь. Он склонен бросать туда все силы своего коллектива, 
забывая на это время обо всех остальные его задачах. При этом он может быть 
вполне искренен в своих порывах и даже эффективен в них, но в какой мере можно 
будет укрыться получившемся лоскутным одеялом - это большой вопрос. Другое 
искушение начальника, работающего под локальным архетипом, это 
непоследовательность. Он может на короткое время вознести какого-либо своего 
подчиненного, обласкать его, наградить, поручить ответственное мероприятие и 
через короткое время в нем разочароваться, о нем забыть и полностью лишить 
своего внимания, что безусловно отрицательно скажется на его работе. Во многих 
случаях это человек настроения, по крайней мере, так это кажется со стороны, и 
работать с ним может быть очень трудно - хотя, с другой стороны, он может быть 
наделен очень неординарным творческим началом и то, чем он непосредственно в 
данный момент занимается и на что направляет свою энергию, может развиваться 
чрезвычайно интересно, однако чем оно закончится, никому не известно.
Глобальный архетип означает совершенно иное поведение начальника. В первую 
очередь он будет озабочен глобальным балансом в коллективе, для него будут 
значимыми интегральные, целостные характеристики коллектива, он будет 
стремиться к тому, чтобы каждый сотрудник и каждое подразделение занимали 
определенное место, соответствующее выработанным им представлениям. Он будет 
склонен организовывать различного рода иерархии, классифицировать виды работы 
сотрудников, будет придавать большое значение подведению итогов и различного 
рода итоговым собраниям, конференциям и тому подобное. Во взаимодействиях с 
подчиненными он стремится к совершенной четкости: он дает поручение - 
подчиненный через оговоренное время приносит отчет. Что и как подчиненный 
делает в течение этого времени начальника не то, чтобы не волнует, но он не 
склонен в это вникать. Вообще ему нравятся подчиненные не столько инициативные, 
сколько ответственные и предсказуемые, на которых он может положиться в тех 
аспектах, которые его интересуют. Начальнику же, ведомому локальным архетипом, 
импонируют подчиненные яркие, инициативные, иногда даже строптивые, но работа 
которых для него неожиданна и в хорошем смысле непредсказуема.
Вопросы к читателю. Любите ли вы заглядывать через плечо человека, который 
что-то пишет? Станете ли вы давать указания и советы хозяйке, которая готовит 
на кухне еду? Считаете ли вы, что внимательный контроль за сотрудниками в их 
деятельности - основа успеха любого предприятия? Считаете ли вы, что структура 
фирмы имеет определяющее значение для ее эффективности? Как вы относитесь к 
идее свободного графика для своих подчиненных? Считаете ли вы, что люди, 
работающие дома, принципиальные бездельники? Нравятся ли вам военные парады, 
красивая военная форма? Народные гуляния по праздникам?
 
Подчиненный
Локальный архетип может дать подчиненному большую зависимость от внимания 
своего начальника. Если он чувствует это внимание, то ему кажется, что он 
получает от босса достаточную энергию и достаточно определенные указания. Этот 
человек может работать с необыкновенной производительностью, энтузиазмом и 
сильным творческим началом, однако для него очень важно чувствовать, что его 
работа является если не фокусом, то по крайней мере существенной составной 
частью работы коллектива. Для него очень важен момент самоутверждения в 
коллективе, и ситуацию, когда внимание коллектива направлено и сфокусировано на 
ком-то или на чем-то еще, он переживает чрезвычайно болезненно. У него 
возникает чувство, что он никому не нужен и от того, будет он что-то делать или 
не будет, мало что изменится. Понятно, как это сказывается на его 
продуктивности.
Что касается самой работы, то этот человек склонен к хаотическим метаниям, 
нередко ему трудно наладить самому себе фронт работ и последовательность их 
исполнения, и лучше, если за него это сделает его начальник или у него будет 
жесткое расписание, которое будет регулировать его деятельность; может быть он, 
будет это расписание ломать, в глубине души его ненавидеть, но без него шансов 
на выполнение работы в срок и без существенных дыр остается очень мало. В любом 
случае, человеку, ведомому локальным архетипом, необходим постоянный, пусть 
ненавязчивый, контроль и та или иная форма отчетности, которая заставит его 
мобилизоваться и заняться теми частями своей работы, которые в данный момент 
сильно отстают. Для этого человека типичны задержки во времени. Обычно он не 
успевает управиться со своим заданием в срок и под тем или иным предлогом тянет 
его исполнение. К его положительным чертам относится умение сконцентрироваться 
на трудном участке работы и в течение какого-то времени очень быстро и 
эффективно справиться с трудностями, там возникшими, - однако, что делать 
дальше, он, как правило, не знает. И периодическое пристальное внимание своего 
начальника, при условии, что оно будет доброжелательным и эффективным, он будет 
весьма и весьма приветствовать, может быть, даже в большей степени, чем стоило 
бы. Он вообще будет склонен чуть что обращаться к своему начальству с 
существенными или несущественными вопросами и впоследствии перекладывать на 
него свою ответственность. Ответственности как таковой он вообще не любит, его 
любимый лозунг: “я человек маленький”.
Глобальный архетип, наоборот, дает подчиненному сильное желание, взяв свою 
работу, скрыться с ней с глаз своего начальства и разбираться с ней 
самостоятельно. Он любит, чтобы ему поставили временные рамки, точно обрисовали 
поручение и после этого предоставили самому себе. Он берет ответственность за 
свою работу, он ее тщательно планирует, выстраивает ее как стройную иерархию и 
в таком же стиле исполняет. Вводя приоритеты для различных частей своего 
задания, он не склонен абсолютизировать более важные части и игнорировать менее 
важные, все эти части для него в какой-то мере важны и их баланс он тщательно 
соблюдает. Вообще, баланс это одно из его любимых понятий. Он не любит 
вмешательства начальства в свою деятельность, за исключением заранее 
оговоренных моментов, и считает, что в принципе, после того как поручение дано, 
начальник ему уже помочь не может, он должен все делать сам. Если он отчетливо 
не справляется со взятыми на себя обязательствами, то он попросит помощи также 
в общем, но не конкретного вмешательства своего начальника в детали своей 
работы. Подводя итоги, делая отчет, он выделит то, что считает главным, и 
никакие несущественные детали и подробности в его отчете не прозвучат. В этом 
его отличие от подчиненного, ведомого локальным архетипом, который может 
буквально засыпать своего начальника несущественными деталями и подробностями, 
подаваемыми как итоги его работы.
Вопросы к читателю. Какие начальники вам больше нравятся - предсказуемые или 
непредсказуемые? Любите ли вы подчинять свою работу расписанию? Планируете ли 
вы ее на неделю вперед, на месяц вперед? Легко ли вы делаете изменения в плане 
своих работ? Часто ли вы отменяете деловые встречи? Тяжело ли это вам морально? 
Где вы предпочитаете разговаривать с начальником - у себя на рабочем месте или 
у него в кабинете? Что бы вы предпочли: чтобы от уровня ваших ежедневных усилий 
зависела месячная премия или средний уровень вашей зарплаты? Склонны ли вы 
давать конкретные советы по работе своим сотрудникам?
В группе равных
Важную часть жизни человека составляет его общение в группе равных, в 
коллективе, компании друзей, на вечеринке, в ситуации, где он отдыхает и на нем 
не лежит никаких существенных обязанностей перед вышестоящими лицами. 
Оказывается, что для того, чтобы почувствовать себя по-настоящему комфортно, 
каждому человеку нужно определенное распределение модальностей, а когда 
ситуация складывается таким образом, что модальности оказываются иными, он 
чувствует себя не очень комфортно или вовсе дискомфортно. В какой-то мере этим 
можно управлять, осваивая модальности, которые для себя человек подсознательно 
считает невозможными и неприемлемыми. В какой-то мере, однако, наши врожденные 
предпочтения оказываются сильнее. Итак, рассмотрим модальности при общении в 
группе равных.
Локальный архетип выделяет в компании одну-две личности, которые привлекают 
всеобщее внимание, и это с точки зрения человека, находящегося под локальным 
архетипом, совершенно нормально. Он может быть сам в центре внимания, и тогда 
он чувствует необходимость что-то для компании делать, или показывать, или 
развлекать ее иными способами; он может не быть в центре этого внимания, но 
тогда кто-то другой полностью завладеет его вниманием, и это также будет для 
него совершенно естественным. Правда, через десять минут это может быть уже 
другой человек или другой сюжет. Надолго удержать внимание человека под 
локальным архетипом трудно. В компании он не склонен уединяться один или в паре 
с кем-то, организовывать какой-то замкнутый кружок. Для него вполне естественно,
 что чем бы он ни занимался и с кем бы он ни общался, в любой момент к нему 
можно подойти, прервать его разговор с текущим партнером, вмешаться, отвлечь 
его и т. п. Он и сам разрешает себе подобное поведение, которое может 
показаться иногда бесцеремонным; однако, он не будет ни на чем настаивать, и 
если дать ему понять, что его вмешательство в данный момент нежелательно, он, 
скорее всего, отойдет в сторону. Для него естественно, что коллектив не 
представляет собой устойчивых структур, а если они есть, он о них не думает. 
Для него естественно брожение, постоянное изменение акцентуации внимания и 
калейдоскоп событий, которые происходят все время в разных местах и, привлекают,
 а затем отпускают его внимание - это его нисколько не утомляет. Если говорить 
о самовыражении, то, в какие-то моменты он чувствует, что ему надо встать в 
центре внимания, и для него важно, чтобы в данный момент его слушали и ценили; 
в остальные моменты эта тема его не волнует, как и тема единства коллектива. 
Глобальный архетип дает совершенно иное видение и самочувствие человека в 
пределах группы равных. Прежде всего, для него это не группа, а коллектив. 
Причем коллектив, имеющий определенное строение, структуру, иерархию, более 
важных и менее важных членов этого коллектива, и для человека чрезвычайно 
существенно, к какой именно категории он относится сам. Для него важны идеи, 
которые собрали этот коллектив вместе, смысл действий или мероприятий, которые 
в этом коллективе проводятся и которые его объединяют. Он любит говорить об 
истории этого коллектива, причем не в деталях, а как бы объединяя всю его 
историю от начала его создания до текущего момента, а возможно, и охватывая 
дальнейшие перспективы. Он любит говорить за коллектив в целом, оценивать его 
состояние в настоящий момент - “хорошо сидим”. Если в коллективе появляется 
новое лицо, то человек, ведомый глобальным архетипом, озаботится тем, как можно 
этого нового человека встроить в коллектив оптимальным образом. Может быть, он 
возьмет над ним опеку, представит его должным образом, задаст какие-то вопросы 
и в целом организует ситуацию так, что человек довольно быстро найдет свое 
место и почувствует на нем себя уютно и комфортно. Глобальный архетип позволяет 
человеку хорошо чувствовать общую атмосферу в коллективе и тонко ей 
манипулировать в любом желательном ему направлении. К недостаткам этой позиции 
следует отнести некоторую властность и отождествление себя с коллективом; 
впрочем друзья могут это легко прощать, считая признаком преданности.
Вопросы к читателю. Любите ли вы подчеркнуто ритуальные моменты жизни 
коллектива? Нравятся ли вам люди, задающие тон в коллективе, и хотели бы вы 
почаще быть на их месте? Что больше сплачивает друзей - прошлое или настоящее? 
Когда у вас начинается роман, стремитесь ли вы поскорее привести вашего 
избранника (избранницу) в круг своих друзей или вы некоторое время медлите с 
этим, пока отношения не сложатся более или менее серьезно? Боитесь ли вы что 
ваш друг (подруга) уведут вашего возлюбленного? Происходило ли это в реальной 
жизни?
Семья
Для большинства людей семья - наивысшая ценность. Однако поведение человека в 
семье регулируется часто невидимыми и неощущаемыми им законами как самой 
внутрисемейной жизни, так и его собственной психики, и здесь наблюдение за 
модальностями может пролить свет на самые загадочные и таинственные причины, 
делающие невозможными решение многолетних актуальных семейных и личностных 
проблем.
Глобальный архетип предлагает человеку смотреть и воспринимать семью в целом, 
подбирая и определяя в ней свое место, даже ценой конфликта с другими членами 
семьи. При этом человеку очень трудно смириться с тем, что в какие-то моменты, 
пусть на короткое время, его роль становится иной. Такого рода нарушения общей 
диспозиции приносят ему ощущения тревоги, беспокойства, душевной боли, и он с 
нетерпением ждет восстановления нормального с его точки зрения положения вещей.
Для глобальной модальности восприятия человеком своей семьи характерны такие 
высказывания в качестве жизненных позиций: “мой дом - моя крепость”, “я в доме 
хозяин”, “муж деньги зарабатывает - я их трачу”, “всяк сверчок знай свой 
шесток”. Ребенок, находясь под глобальным архетипом, инстинктивно определяет 
границы своего места в семье как географические, в пределах комнаты, так и 
психологические, стремясь доминировать и определять свою волю в определенных 
ситуациях, которые он считает своими, и начисто игнорируя все остальные. Когда 
он вырастает, количество семейных ситуаций, которые должны восприниматься им 
лично, увеличивается, и если ребенок, стремясь сохранить свою инфантильную 
безответственность, продолжает ограничивать свой круг внимания в рамках семьи 
теми же границами, которые были ему свойственны пять лет назад, то он 
воспринимается как чрезвычайный эгоцентрик, и преодолеть такого рода 
эгоцентризм - его можно назвать системным - чрезвычайно сложно, фактически это 
нужно было делать гораздо раньше.
Локальный архетип дает совершенно иной взгляд на семью и семейные отношения. 
Ребенок, растущий под преимущественным влиянием локального архетипа, часто жив, 
непоседлив, не обращает внимания на устойчивые, сложившиеся в семье рамки и 
легко их нарушает, например, непринужденно вбегает в кабинет к отцу, когда тот 
занимается, чего не позволяют себе ни жена, ни прочие дети. Удивительным 
образом, несмотря на то, что он игнорирует многие рамки, в целом он их не 
нарушает, и возникает впечатление, что они для него как бы делаются прозрачными.
 Жена под локальным архетипом вряд ли будет вести систематические записи своих 
расходов и заранее планировать покупки, в том числе и большие. Если у нее 
несколько детей, то она будет уделять максимальное внимание тому из них, кто в 
данный момент, по ее мнению, в этом нуждается, часто забывая о нуждах остальных.
 И дети будут хорошо знать, что для того, чтобы привлечь ее внимание, нужно 
прийти и дернуть ее за платье или громко заплакать, лишь тогда ребенок может 
рассчитывать на ее внимание. Еще более радикальное средство, это сказать, что 
ты голоден, или болен, или несчастен. Однако как только горе стихает, желудок 
наполняется, а слезы вытираются, интерес матери к ребенку резко падает и она 
спешит заняться следующим актуальным на данный момент делом. Все это может 
давать некоторую безалаберность, но может означать чрезвычайно легкий характер, 
когда человек в самых тяжелых обстоятельствах не задерживается своим вниманием 
на общем трагизме происходящего, а всегда умеет найти какой-то светлый момент, 
и улыбка на его губах надолго не исчезает. Важно понимать, что локальный 
архетип вовсе не исключает понятия семейной ответственности, просто эта 
ответственность понимается локально, то есть человек обращает свое полное 
внимание на область, которую он воспринимает как на данный момент актуально и 
остро нуждающуюся в его внимании. Не нужно, однако, ждать, что он способен 
окинуть своим мысленным взором ситуацию в целом и предпринять адекватные 
действия, например, по ее глобальной долговременной стабилизации.
Самоутверждение под локальным архетипом для человека тоже актуально, но оно 
выглядит совсем иначе, чем под глобальным. Здесь оно происходит одномоментно, 
то есть в тех ситуациях, когда человек чувствует, что в данный момент он делает 
что-то чрезвычайно для семьи актуальное и за это она вознаграждает его своим 
вниманием, аплодисментами и радостными криками детей, как, например, при 
появлении на столе именинного пирога. Такого рода ситуации, при должной их 
акцентуации в семье, гораздо важнее для самоутверждения и самореализации члена 
семьи, живущего под локальным архетипом, чем оформление и осознание им своей 
роли в семье, взятой абстрактно. Последнее имеет смысл и значение лишь под 
глобальным архетипом.
Вопросы к читателю. Насколько четко распределены роли и обязанности в вашей 
семье? Чувствуете ли вы, какое место отводит семья лично вам? Задумываетесь ли 
вы на тему о том, что у каждого из членов вашей семьи есть своя территория как 
в физическом, так и в психологическом плане? Считаете ли вы, что родители 
должны точно регулировать обязанности всех детей в семье? В какой мере ваша 
деятельность в пределах семьи вами планируется? В какой мере она планируется 
другими членами семьи? Важны ли для вас семейные ритуалы?
Пара
Поведение человека наедине с другим, или поведение в паре, представляет собой 
один из самых важных моментов социализации. Здесь личность человека входит в 
наиболее тесное взаимодействие с личностью другого и здесь оттачиваются и 
реализуются самые тонкие и самые искусные социальные навыки. Невозможно 
переоценить роль правильно выбранной и правильно воспринятой модальности в 
межличностных отношениях, идущих в изолированной паре. Даже само понятие 
диалога, по-видимому, связано с умением одного человека услышать и воспринять 
точку зрения другого. Понятие “точка зрения” также, безусловно, включает в себя 
невидимые, часто неслышимые и неосознаваемые, но очень ясно чувствуемые 
модальности. При смене модальностей ситуация в паре меняется качественно: 
иногда пара распадается, иногда пара, наоборот, чувствует необычайное единство, 
причиной которого чаще всего является согласование не столько содержания, то 
есть точек зрения собеседников, сколько их способов видения данной ситуации в 
некотором абстрактном смысле, то есть, другими словами, согласование 
абстрактных модальностей, соответствующих высшим и просто высоким архетипам. В 
качестве примера рассмотрим разницу в использовании локального и глобального 
архетипов при парном общении.
Локальный взгляд на пару чаще всего означает, что человек придерживается той 
точки зрения, что в паре в данный момент времени есть один человек - или он, 
или его партнер, и внимание обоих членов пары, таким образом, сосредоточено на 
одном из них. Другими словами, человек под локальным архетипом молчаливо 
предполагает, что в каждый момент времени внимание обоих членов пары 
сосредоточено, например, на том, кто говорит. Тот, кто говорит, должен думать, 
что он говорит, а тот кто слушает, должен внимательно слушать и полностью, и по 
возможности некритично, воспринимать того, кто говорит. Затем возможна перемена 
ролей, тот, кто говорил, начинает слушать, а тот, кто слушал, высказывает свое 
мнение о происходящем, при этом полностью забывая о партнере и сосредоточившись 
на себе и своих мыслях. Для локального взгляда сложно помыслить пару как целое, 
по крайней мере, в ситуации, когда она изолирована от окружающей социальной 
среды. Например, в ситуации, когда два человека, находясь в уединении, беседуют 
о чем-то, локальный взгляд признает или одного партнера, или другого партнера. 
Согласование с локальной точки зрения в основном понимается как тождество 
позиций и взглядов, а понятие комплементарности часто воспринимается как 
синоним синтонности, то есть тождества модальностей. Вообще, локальному взгляду 
трудно представить, что возможно адекватное общение между существенно 
различными людьми или он видит это как искусное перевоплощение, так что если 
мой партнер сильно отличается от меня, то, общаясь с ним, я должен надеть на 
себя костюм, очень похожий на него, или же он должен одеть на себя костюм, 
очень похожий на меня, и только тогда между нами возможно адекватное общение.
Глобальный взгляд обладает в первую очередь той особенностью, что никогда не 
забывает о существовании обоих партнеров. Например, если при глобальном взгляде 
я излагаю свою мысль партнеру, то краем глаза обязательно смотрю за ним и его 
реакцией, и при этом у меня будет быстрая и точная обратная связь, например, я 
всегда увижу, что мой партнер слушает меня невнимательно. При локальном взгляде 
это обстоятельство часто ускользает от внимания активного члена пары. Для 
глобального взгляда характерно местоимение “мы”; “мы договорились”, “давай мы с 
тобой попытаемся распределить роли”. Последняя формулировка типична для 
глобального архетипа. Глобальный взгляд далеко не всегда понимает 
комплементарность как тождество; наоборот, он склонен распределять роли, 
например, отдавая одну из противоположностей одному из партнеров, а другую - 
второму. Например, таковы ситуации, когда один из партнеров находится в янской 
позиции, другой в иньской, один представляет глобальный взгляд, другой 
представляет взгляд локальный; глобальный архетип умеет хорошо сочетать такого 
рода акцентуации, интегрируя партнеров в единое целое. Правда, ему сложно, 
распределив роли определенным образом, разрешить партнерам в какой-то момент 
ими спонтанно поменяться, например, если в паре один из партнеров постоянно 
находится в мужской роли, а другой в женской, или если один постоянно прав, а 
другой постоянно виноват, то разрешить им поменяться ролями глобальному 
архетипу очень сложно. Он обычно предполагает устойчивое распределение ролей и 
его нарушение воспринимает как если не катастрофу, то весьма неприятное явление,
 и стремится как можно скорее восстановить привычное распределение. Например, в 
паре, где один из партнеров всегда обижает второго, а второй на него обижается 
и возлагает вину, ситуация, когда первый партнер вдруг за что-то обидится на 
второго и возложит на него вину, через мгновение станет крайне некомфортной для 
обоих, - при условии, конечно, что над ситуацией стоит глобальный архетип. Оба 
почувствуют себя смущенными и попытаются быстро восстановить обычное положение 
вещей. Внешне это будет выглядеть так: второй партнер сделает оскорбленное 
выражение лица, возникнет длительная пауза, и оба облегченно вздохнут, 
вернувшись к своей обычной диспозиции. Для глобального архетипа характерна 
ответственность человека за пару в целом, он ощущает ее как единое целое и 
считает, что своим поведением может провоцировать своего партнера на 
неправильное поведение; другими словами, проекция вины на другого здесь не 
типична или ритуальна. При локальном подходе, как правило, вина возлагается 
либо на себя, либо на партнера и виновность обоих, или виновность в 
рассогласованности ролей обычно во внимание не принимается. Глобальный взгляд 
на пару нередко кажется локальному поверхностным, чересчур обобщающим, в чем-то 
даже, может быть, равнодушным. Локальный взгляд представляется глобальному 
чересчур пристрастным и игнорирующим очень важные аспекты взаимодействия, в 
частности, роль неакцентированного члена пары.
Вопросы к читателю. Ощущаете ли вы, что ваше внимание помогает или, наоборот, 
мешает вашему собеседнику говорить? Забываете ли вы во время монолога о 
присутствии вашего партнера? Часто ли вы, общаясь с партнером, употребляете 
местоимение “мы”? Выводит ли вас собеседник, перебивая, из душевного 
равновесия? Верите ли вы в то, что в любви один целует, а другой подставляет 
щеку? Представьте, что вы с партнером отправляетесь на небольшую прогулку в 
распашной лодке. Как вы предпочтете с ним сесть: лицом к лицу, спиной к спине, 
глядя в одну сторону, он - на веслах, вы - нет, вы - на веслах, он отдыхает, 
каждый со своим веслом, определенным образом меняя эти роли, неопределенным 
образом меняясь ролями? Считаете ли вы, что супруги должны вырабатывать общую 
позицию по каждому вопросу, что у них не должно быть тайн друг от друга?
Знакомство
Мы продолжаем тему социального поведения человека. Чрезвычайно важную 
информацию о нем содержат, казалось бы, совершенно ритуализированные ситуации, 
такие как знакомство, прощание, представление. Однако в них, находясь даже 
четко в рамках ритуала, человек обычно избирает вполне определенные модальности 
как самовыражения, так и восприятия, которые многое могут сказать об установках 
его подсознания. Итак, вы знакомитесь с новым для вас человеком. Как вы 
смотрите на него, какие вопросы вы ему задаете? Как он смотрит на вас, чем 
интересуется в первую очередь?	
	Глобальный взгляд вашего нового знакомого при первой встрече вы почувствуете 
сразу. Он в буквальном смысле этих слов окинет вас взглядом с головы до ног, и 
вы почувствуете, что его интерес к вам не носит случайного характера. По первым 
же вопросам вы почувствуете, что он старается разместить вас на одной из 
полочек своего внутреннего пространства. Он будет задавать вопросы, которые 
помогут ему вас расклассифицировать подобно тому, как опытный энтомолог 
классифицирует только что отловленное насекомое. Есть ли у вас усики? Сколько у 
вас ножек? Каков цвет вашего тельца? Разумеется, большую часть информации этот 
человек считает с вас, не задавая никаких вопросов, - зрительно и интуитивно 
угадывается очень многое. Но по тем вопросам, которые он станет задавать, вы 
моментально поймете, что его поведением управляет глобальный архетип: Из какой 
вы семьи? Каково ваше образование, профессия? Любите ли вы музыку, путешествия? 
Каков приблизительно уровень ваших доходов? Знаете ли вы английский язык? 
Являетесь ли вы родственником вашему знаменитому однофамильцу?
	Локальный взгляд будет воспринят вами в первую очередь буквально. Человек 
упрется своими глазами в какую-то часть вашего тела или туалета и некоторое 
время будет явно не в силах оторвать его от ваших сережек, или пуговицы, или 
бриллиантовой застежки на галстуке, или изгиба бедра. Затем его взгляд с 
видимым усилием оторвется от этого объекта и приклеится к следующему. Наконец, 
обратившись в слух, ваш новый знакомый задаст вам вопросы такого рода: Каким 
уменьшительным именем звали вас в детстве? Как называлась улица, на которой вы 
провели первые годы своей жизни? Чем конкретно вы занимаетесь сейчас на вашей 
работе? Как зовут вашу мать? Сколько ей сейчас лет? Сколько у вас детей, и 
какого они возраста и пола? Каковы их имена? Где вы купили такую замечательную 
тушь для ресниц?
Вопросы к читателю. Можете ли вы восстановить в памяти оттенок цвета глаз 
вашего нового знакомого после того, как вы с ним расстались? Форму его носа? 
Густоту бровей? Воспроизвести точно наиболее яркие черты его внешности? 
Вспомнить его интонации или употребленные им словечки, которые произвели на вас 
наибольшее впечатление? Что больше отпечатывается у вас в памяти: цвет волос 
нового знакомого или его физическая комплекция, форма носа или осанка? 
Чувствуете ли вы неудовлетворенность, если вам не удалось получить ответы на 
интересовавшие вас вопросы, касающиеся вашего нового знакомого? Беспокоят ли 
вас отдельные детали, не укладывающиеся в общую картину образа человека, 
который складывается у вас в результате знакомства? Беспокоитесь ли вы о 
единстве образа, который складывается о вас у вашего нового знакомого?
Прощание
Следующий показательный для человека ритуальный момент - это прощание. Все люди 
прощаются по-разному и обращают при этом внимание на совершенно разные вещи.
	Локальный архетип и психологически, и энергетически обесценивает 
заканчивающиеся ситуации, например, ситуацию общения. Внимание человека 
переключается на иные темы, он в мыслях своих уже где-то далеко, поэтому он 
может небрежно бросить даже на середине фразы или своей, или собеседника: “Ну, 
я пошел”, - и уйти, оставив его в искреннем недоумении - “Как же так можно?” 
Или, в более вежливом варианте, человек может уйти, обозначив будущую связь, 
например, словами: “Ну, до встречи, до свидания, созвонимся, я позвоню тебе 
завтра вечером”. При прощании под локальным архетипом человек суживает контакт 
со своим партнером или с ситуацией в целом до какого-то одного самого значимого 
момента, и этот момент исчерпывает. Например, он может посмотреть в глаза 
своему собеседнику, а затем опустить свой взгляд вниз и контакт для него будет 
закончен. Другой вариант - это крепкое рукопожатие, смысл которого заключается 
в разрыве текущей связи.
Глобальный архетип требует гораздо более широкой программы сворачивания 
ситуации общения. Человек как бы чувствует себя связанным с ситуацией или с 
партнером множеством нитей, каждая из которых должна быть перерезана или 
протянута в будущее. Так хозяин, уезжая из дома на длительное время, проверяет, 
закрыты ли окна во всех комнатах, выключена ли вода, не работают ли 
электроприборы, заперты ли необходимые двери и замки, и так далее. Прощаясь с 
партнером, человек под глобальным архетипом произнесет как бы сам для себя 
текст в таком стиле: “Ну, это мы с тобой обсудили, то мы с тобой проговорили, 
об этом мы договоримся в следующий раз, передавай привет жене, ты сегодня 
выглядел очень хорошо, мне понравилось, как мы с тобой поговорили, встретимся 
на следующей неделе и поговорим о том-то, обсудим такой-то круг тем”. При этом 
видно, что, хотя человек и уходит из ситуации или прощается с партнером, это 
происходит только на физическом уровне, а у него внутри, во внутреннем мире, 
ситуация продолжается будучи прочно туда встроена - или, в редких случаях, 
полностью оттуда, наоборот, вычеркивается, и это означает окончательный разрыв. 
Под локальным архетипом человек уходит так, как будто бы он выкидывает ситуацию 
из своего внутреннего мира начисто - однако, она в любой момент может вернуться 
обратно.
	Вопросы к читателю. Трудно ли вам распрощаться с человеком? Сколько времени у 
вас это обычно занимает? Обижаетесь ли вы на людей, которые могут легко и 
быстро прервать общение с вами? Переживаете ли вы такое их поведение? 
Расставаясь с человеком, договариваетесь ли вы, как правило, о следующей 
встрече, или нет? Расставшись с человеком, продолжаете ли вы мысленный разговор 
с ним, или это для вас нетипично?
Комплименты и реакции на них
Опыт показывает, что даже в самых официальных и ритуализованных ситуациях, 
когда комплименты говорятся в точном соответствии с определенным этикетом, их 
модальность играет большую роль. В частности, некоторые люди не признают одних 
модальностей в комплиментах, которые они расточают или, наоборот, принимают, 
другие же люди пользуются совершенно иными модальностями.
Глобальная модальность комплимента охватывает человека в целом или берет даже 
более широкую ситуацию, чем он сам, например, его роль в той или другой 
ситуации.
Локальная модальность, наоборот, выделяет некоторый изолированный аспект или 
часть человеческого характера, поведения или внешности и их акцентирует.
Но еще более значимой может показаться реакция человека на комплименты, которые 
он получает. В частности, реакция в локальной модальности чаще всего означает 
его неприятие комплимента или нежелание их выслушивать. Реакция же в глобальной 
модальности, как правило, более социально приемлема и свидетельствует о 
сравнительно благодушном отношении человека к тому, что ему говорится.
Примеры. “Вы сегодня прекрасно выглядите! Чувствуется, что вы очень умная 
женщина, и к тому же необыкновенно красивая! Ваши губы очень чувственны! 
Отделка вашего платья выше всяких похвал! Ваши ногти отличаются необыкновенной 
красотой! Самая прелестная деталь вашего туалета - обнаженный пупок!” Ответные 
реплики: “Ах, вы слишком хорошо обо мне думаете! Неужели я и правда такая! Вы 
очень добры ко мне! Хотелось бы верить! А разве плоха моя блузка? Это я только 
выгляжу хорошо, а чувствую себя отвратительно! Губы у меня и вправду ничего, но 
вот уши совершенно никуда не годятся! Лучше пышная грудь, чем маленький 
горбик!”
Жалобы и претензии
Во многих ситуациях, психологически весьма напряженных, человек начинает 
высказывать своему партнеру или ситуации свое недовольство. Очень существенную 
роль и для него самого, и для окружающих играют модальности, в которых он 
выражает свои мысли и чувства по этому поводу. Добиваясь ясности, иногда 
приходится напрямую спрашивать об этом, например, носят ли его претензии 
локальный или же глобальный характер, и такого рода вопрос иногда заставляет 
человека сильно пересмотреть их характер.
Глобальный архетип выдает свою активность обобщающими словами “вообще”, 
“всегда”, “как правило”, после которых следует претензия, или системностью их 
перечислений. “У меня к тебе есть несколько претензий. Часть из них относится к 
твоему поведению со мной, часть - к тому, как ты обращаешься с детьми, а часть 
- к твоему поведению на работе”. Глобальная модальность нередко используется 
как итоговая, то есть человек копит свои негативные чувства и мысли в течение 
длительного времени, затем их обобщает и преподносит своему партнеру или 
оппоненту. “За последнее время твое поведение в целом улучшилось, однако, 
во-первых…., во-вторых….., в третьих….. и наконец..." При этом человек, 
выражающий жалобы и претензии в глобальной модальности, часто оказывается 
совершенно не готовым к перемене модальности на локальную. Если его спросить: 
“Ну, а скажи конкретно, приведи пример, что именно ты имеешь в виду?” - он 
может совершенно растеряться и не суметь ничего ответить, так что его слова 
совершенно потеряют вес, хотя они могут быть в реальности справедливыми, но 
такого рода резкая замена архетипа полностью лишает его уверенности в себе и 
способности продолжать свою мысль.
Локальные жалобы и претензии чаще всего льются бурным потоком, прыгая от одного 
пункта обвинения к другому без всякой логической связи (здесь связи, как 
правило, бывают ассоциативными) и иногда поражают точностью, а в некоторых 
случаях и абсолютной неисполнимостью своих требований. “А вчера, уходя, ты даже 
не взглянул на меня! Твоя усмешка оскорбила меня! Своей последней фразой ты 
меня обидел и теперь должен просить прощения на коленях! Ты меня мало хочешь по 
субботам!”
Большинство людей не любят, когда им предъявляют претензии и когда им на что-то 
жалуются. Тем не менее, одну из двух модальностей - локальную или глобальную - 
они воспринимают как терпимую, другую же - как совершенно нетерпимую. 
Приглядитесь к своим окружающим. Присмотритесь к самому себе.
Вопросы к читателю. Жалобы какой модальности представляются вам более 
конструктивными? Считаете ли вы, что конкретные упреки никогда не ведут ни к 
чему хорошему? То же в отношении к общим упрекам. В каком виде вы предъявляете 
претензии к самому себе - конкретно или глобально? Как вам легче упрекать 
другого человека – в целом или в частностях? Согласны ли вы с пословицей 
“Яблоко от яблони недалеко падает”? Упрекаете ли вы своих домашних по 
стандартным схемам или предпочитаете здесь творческий, спонтанный подход?
Речь
Следующий очень важный пункт нашего рассмотрения - это человеческая речь. 
Способ, к которому мы прибегаем, чтобы внятно передать свои мысли и чувства, то 
есть их речевое оформление, чрезвычайно важен для понимания человека. В 
частности, любые модальности, акцентированные в психике, так или иначе 
проявляются в речи и в синтаксических конструкциях, в частности, в эллипсисе, 
то есть в тех словах, которые человек опускает, как бы подразумевает, но не 
произносит, и в логических ударениях, и в интонации, а также в некоторых 
особенностях конкретного словоупотребления, например, в том, как человек 
употребляет или опускает имена собственные и личные местоимения.
Глобальный архетип дает многие речевые особенности, на которые читатель 
несомненно обратил уже внимание. Это употребление различного рода обобщающих 
слов, таких, как в общем, в целом, всестороннее наблюдение, разносторонний 
взгляд, употребление абстрактных понятий, абстрактных обобщающих качеств, 
стремление к длинным фразам, содержащим достаточно неопределенные слова и 
выражения без существенной их конкретизации. Если человек и делает некоторое 
частное заявление, то глобальный архетип заставляет расширить его значение или 
присовокупить к нему еще несколько других частных заявлений, которые затем в 
речи должны быть объединены словами “таким образом”, “в итоге”, “в результате 
складывается целостная картина следующего содержания”. “Осмотрев гору Синай с 
севера и юга, востока и запада, обойдя ее подножие и поднявшись на вершину, 
Господь счел ее достойной того, чтобы дать на ней Откровение своему народу”. 
Для речи под глобальным архетипом эллипсисы, то есть сокращения, нетипичны, 
скорее для нее характерны, наоборот, развернутые обороты. Если в ней и 
допускаются эллипсисы, то они относятся, как правило, к несущественным, по 
мнению человека, качествам, подробностям, деталям. Например, желая сказать - 
“На рынке продается свежая, ароматная клубника”, - человек, ведомый глобальным 
архетипом с большим трудом произнесет фразу такого рода “Я был…. э-э-э… 
Продается…э-э-э… ягода”. Для того, чтобы извлечь из него конкретную информацию, 
его приходится расспрашивать, задавая уточняющие вопросы “какой? какая? где? 
каким образом?”, на которые он отвечает чрезвычайно неохотно или не отвечает 
вовсе, или отвечает так, что по сути это ответом не является, ибо для того, 
чтобы ответить по существу, ему нужно сменить модальность, на что не каждый 
человек так просто согласится.
Локальный архетип дает совершенно иной тип речи и совершенно иной тип 
логических ударений. Этот человек употребляет, как правило, слова, обозначающие 
конкретные качества, применяющиеся к конкретным людям или предметам, и избегает 
обобщающих слов, молчаливо предполагая, что обобщение в случае необходимости 
сделает его собеседник. В локальной модальности человек с удовольствием 
произносит имена конкретных людей, как бы приклеивая их к их обладателям. В 
глобальной модальности имена как бы отделяются от людей и в какой-то степени 
становятся абстрактными категориями. Например, для иностранца слово Иван 
обозначает любого русского, так же как во время войны с Германией Фриц означало 
любого немца. Когда человек под локальным архетипом произносит “он” или “они”, 
всегда понятно в точности, о ком идет речь. Наоборот, произнесенные под 
глобальным архетипом, эти слова чаще всего имеют некоторое расплывчатое 
значение. То же относится и к местоимению “тут”. В локальном употреблении оно 
означает совершенно конкретное место, угол комнаты, например. Будучи 
употреблено под глобальным архетипом оно может означать, например, планету 
Земля. Логическое ударение локальный архетип делает на наиболее предметном, 
наиболее конкретном элементе предложения. Например, в простейшей фразе “Никанор 
быстро шел по дороге” логическое ударение под локальным архетипом будет либо на 
слове “быстро”, либо на слове “дорога”. Глобальный же архетип, скорее всего, 
сделает логическое ударение на слове “шел” или не сделает его вовсе, как бы 
сравняв все слова по значению и акцентируя общий смысл фразы, так что по уровню 
своей абстракции эта фраза будет воспринята приблизительно так же, как фраза 
“Всю жизнь Никанор стремился тщательно исполнять свою жизненную миссию”.
Вопросы к читателю. Умеете ли вы переводить тексты из локальной модальности в 
глобальную? Сочините коротенькую любовную записку в локальной модальности, 
после чего переведите ее на глобальный язык. Посмотрите, какой из этих двух 
вариантов окажет более сильное действие на адресата. Подумайте, в каких словах 
вы выражаете благодарность за подарки и услуги, которые оказывают вам ваши 
близкие. Можете ли вы выразить свои чувства в противоположной модальности? 
Получится ли это у вас искренне? Вспомните, как негодуют ваши друзья и 
знакомые; если не помните, понаблюдайте за ними в момент, когда они выражают 
свои негативные чувства. Попросите их сменить модальности и посмотрите, как 
изменится их поведение. Попробуйте вспомнить ваш последний диалог, лучше 
запишите его на бумаге. В какой модальности он вам запомнился?
ЭМОЦИИ
Эта область человеческой жизни в малой степени поддается рациональному анализу 
и осмыслению, хотя ее роль в человеческой жизни трудно переоценить. Эмоции - 
это основное содержание жизни. Это то, что делает жизнь наполненной или, 
наоборот, пустой, радостной или печальной, тревожной или спокойной, 
содержательной или лишенной смысла, наполненной скрытым значением или лишенной 
его. Все это переживается очень сущностно, иногда ярко для человека, а 
выражается как Бог на душу положит, в лучшем случае, а в худшем случае - при 
активной помощи черта, который искажает и скрывает то самое, что человеку 
хочется донести точно и полно. Однако, помимо того, что большинство людей не 
умеет адекватно выражать свои эмоции, почти никто не умеет правильно 
воспринимать чужие эмоции, накладывая на них фильтры своего подсознания, 
обусловленные совершенно определенной акцентуацией модальностей. Для того, 
чтобы этого избежать, нужно понять, сколь велик и разнообразен спектр возможных 
проявлений внутри каждой эмоции, и в этом нам может помочь детальное 
рассмотрение этих эмоций под углом модальностей высших архетипов. При этом 
очень важно понимать, что то, как человек переживает эмоцию, и то, как он ее 
выражает в словах и в действиях, - это во многих случаях совершенно разные вещи,
 и опытный наблюдатель, хороший психолог умеет увидеть эту разницу и понять 
человека иногда глубже, чем тот понимает сам себя.
Вообще, говоря об эмоциях, следует иметь в виду, что их гораздо лучше 
воспринимать и выражать непосредственно, чем апеллировать исключительно к 
словам. Слова, выражающие чувства, в гораздо большей степени вводят в 
заблуждение, чем помогают их понять, и то, что написано ниже, может служить 
иллюстрацией к последнему тезису.
Любовь
Ничто не может быть обманчивее вопроса: “Ты меня любишь?” - и ответа на него - 
как положительного, так и отрицательного. Что, собственно, имеется в виду? В 
зависимости от того, в каких модальностях звучит и понимается вопрос, а также 
звучит и понимается ответ, смысл того и другого может быть совершенно разным.
Глобальное понимание любви означает для человека, во-первых, нечто большее, чем 
эмоцию, а, во-вторых, если говорить об эмоциональном плане, то чувство любви 
охватывает целиком и распространяется на все проявления любимого существа. “Я 
люблю тебя” в глобальном понимании означает и полное принятие тебя, и полное 
прощение, и полное понимание, и всеобъемлющую жалость, и, возможно, тотальное 
самопожертвование с моей стороны - в случае, если оно понадобится. Находясь под 
властью глобального архетипа, человек, испытывая любовь, переживает ее именно 
так, но совершенно не склонен выражать свои чувства эксплицитно, то есть явными 
словами, так, как это делается в этом тексте. Он любит, и этим все сказано, 
никакие слова, с его точки зрения, здесь не нужны, и разве может быть иначе?
Локальное понимание любви, однако, не имеет ничего общего с глобальным. Оно 
глубоко частное. Какая-то часть меня в какие-то минуты любит какие-то 
проявления или какой-то аспект предмета моей любви. Через минуту этот предмет 
повернется другим аспектом, и моя любовь или изменит свой характер, или может 
вовсе исчезнуть. Или я сам могу как-то измениться, обратить внимание на что-то 
еще, моментально забыть об объекте любви, а через минуту снова вернуться к нему 
своим вниманием, и оно, может быть, окажется любовным, а может быть, и нет, а, 
может быть, случится что-то еще, чего я представить пока не могу, и никак себя 
в этом смысле не программирую и не пытаюсь предсказать.
При всем при том, локальная любовь по сравнению с глобальной может быть гораздо 
более внимательной к объекту любви, видеть в нем больше подробностей, находить 
в нем больше очарования, прелести, неповторимости. Глобальная любовь при всех 
своих достоинствах может быть крайне невнимательна к объекту любви и быть для 
влюбленного человека чем-то вроде мягкого, приятного фона, о котором он, по 
большей части, забывает, считая его самим собою разумеющимся. Локальный архетип 
делает любовь гораздо более ярким и насыщенным переживанием, меняющимся от 
минуты к минуте, открывающим все новые и новые черты и детали в любимом 
существе.
Вопросы к читателю. Считаете ли вы постоянство в любви добродетелью? Как вы 
понимаете это постоянство? Полагаете ли вы, что когда женщина смотрит с 
заинтересованным вниманием на других мужчин, она лишает чего-то своего мужа? 
Верите ли вы, что мимолетные ревнивые чувства укрепляют любовь? Считаете ли вы, 
что любовь детей к родителям должна с возрастом видоизменяться и приобретать 
качественно иные формы? Тождественны ли для вас понятия любви и преданности? 
Встречались ли вы в своей жизни с так называемым “эффектом двух собак”, который 
гласит, что если у хозяина живут две собаки, то каждая из них получает больше 
любви, чем если бы она жила у хозяина одна? Верите ли вы в любовь с первого 
взгляда? Или же считаете, что лучше, когда любовные отношения складываются в 
течение существенного периода времени? Считаете ли вы, что в случае разрыва 
всегда виноват тот, кого бросили?
Гнев
В наше время это слово употребляется не слишком часто, реже, чем слова 
“возмущение” или “агрессия”, но само эмоциональное состояние, естественно, 
более редким от этого не становится. Итак, эмоция гнева. Во многих случаях не 
слишком приятная, часто социально осуждаемая, но, тем не менее, объективно 
существующая психологическая реальность любого человека. Каким же бывает гнев?
Глобальное переживание гнева может означать две совершенно разные вещи. Первая 
заключается в том, что гнев целиком охватывает самого человека, как говорится, 
“слепит ему глаза”. В этом момент человек переживает эмоцию как таковую и в 
принципе не может находиться в адекватном взаимодействии с окружающим миром. 
При этом чувство гнева может быть не слишком сильным, но охватывает человека 
целиком и окрашивает все остальные его эмоции, все его мировосприятие и 
самовыражение. Он весь есть этот гнев, или различные его модификации. Все, что 
с ним происходит, есть вариации на тему гнева. Он может гневно топать ногами, 
гневно кричать, гневно заламывать руки, гневно лить слезы, гневно молчать или 
дышать - суть остается гневом. Второе понимание эмоции глобального гнева 
заключается в том, что фокусом этой эмоции становится внешний объект, на 
который направляется гнев человека, и гнев окрашивает этот объект целиком - все 
его качества, все проявления, все его детали. Такого рода гневу нельзя пытаться 
угодить, перед ним нельзя оправдаться, можно лишь упросить человека полностью 
переменить свое состояние, как говорится, “сменить гнев на милость”. На это он 
пойти может, но любого рода локальные извинения здесь не помогут. В качестве 
адекватной реакции может служить лишь глобальное признание объектом гнева своей 
вины, или ничтожества.
Локальный гнев, наоборот, не захватывает человека целиком. Он ощущает эту 
эмоцию как кратковременную, а главное, не единственную существующую в данный 
момент в нем, и это очень трудно понять человеку, который ведом глобальным 
архетипом. Тем не менее, переживая локальный гнев, человек или им управляет, то 
есть чувствует, что в любой момент может изменить эту эмоцию на другую, или же 
четко осознает, что где-то рядом, совсем близко, находится иная эмоция, которая 
существует параллельно с данной, то есть где-то рядом находятся и милость, и 
сострадание, и любовь, и они тоже существуют в пределах его психики, но в 
данный момент она выражает именно гнев. Поэтому при локальном гневе человек не 
придает такого уж принципиального значения ни своему состоянию, ни оценкам, 
которые он в этом состоянии дает, ни выводам, которые он в данную минуту, под 
горячую руку, склонен делать. Напротив того, находясь в состоянии глобального 
гнева, человек обычно придает абсолютное значение своим оценкам и выводам. 
Соответственно, локальный гнев, направленный на объект, обычно избирает в этом 
объекте какой-либо аспект или деталь, и человек, находящийся в таком состоянии, 
осознает или чувствует подсознательно, что рассмотрение другой части или 
другого аспекта данного объекта вызовет у него совершенно иные эмоции. Поэтому 
локальный гнев, так же как и локальная критика, воспринимается гораздо легче, 
чем глобальный, но точность попадания здесь может быть гораздо выше, и поэтому 
уязвимость объекта для локального гнева может быть существенно больше, чем для 
глобального. Если глобальный гнев можно сравнить с ливнем, который неожиданно 
падает вам на голову, то локальный гнев подобен стреле, которая прилетает и 
пронзает определенную часть вашего тела.
Стремясь овладеть своим гневом и сделать его управляемым, большинство людей 
склонны уменьшать амплитуду этой эмоции, в то время как значительную помощь им 
может оказать смена модальности. Например, испытывая глобальный гнев, неплохо 
спросить себя, а что же конкретно так раздражает меня, вызывает такое мое 
негодование в данном объекте, и есть ли у него какие-либо другие аспекты или 
стороны, которые вызовут у меня иные эмоции. Наоборот, пытаясь преодолеть 
локальный гнев, неплохо окинуть объект гнева или самого себя общим взором, 
посмотреть, со стороны, чуть отстраненно, и оценить ситуацию с более общих 
позиций, чем она видится сейчас.
Вопросы к читателю. Сравните модальности чувства гнева, которые вы испытываете 
внутри себя, с теми, которые вы используете, когда выражаете его вовне. 
Адекватны ли вы в передаче модальности своего гнева? Обрушивая свое 
недовольство на партнера, обращаете ли вы внимание на то, в какой модальности 
он вас воспринимает? Можете ли вы определить это, судя по его реакциям? Какие 
качества молодежи вызывают у вас наибольшее раздражение? Какие конкретные ее 
представители кажутся вам типичными образчиками ее прегрешений, или таких нет? 
Какой характер носит ваше недовольство членами семьи - локальный или 
глобальный? Что вызывает у вас наибольшее неприятие в политике местных властей? 
Умеете ли вы переводить ваш гнев из локальной модальности в глобальную и 
обратно? Попробуйте сделать это письменно, изложив свое недовольство домашними 
сначала конкретно, а затем в общем. Любите ли вы в гневе приводить примеры, 
ссылаться на конкретные обстоятельства или апеллируете скорее к общим 
категориям?
Жалость
Жалость - очень важная эмоция; она напрямую связывает человека с миром, а в 
некоторых случаях и с самим собой. Однако, как и все остальные эмоции, в 
зависимости от обстоятельств и модальностей, жалость может переживаться и 
проявляться совершенно различно.
Глобальная жалость переживается совершенно по-разному, в зависимости от того, 
где стоит ее акцент - на человеке или на объекте жалости. Если акцент стоит на 
самом человеке, то он чувствует, что единственное и тотальное его переживание - 
это чувство жалости. Других эмоций в этот момент он не ощущает, или они 
присутствуют в психике слабо и очень сильно окрашены основной захватившей его 
эмоцией. Само по себе это состояние не слишком конструктивно и свидетельствует 
о слабости человека, и тем не менее, оно очень распространено. Подсознательно 
такого рода жалость всегда есть жалость к самому себе, сопровождающаяся 
пассивной позицией, то есть как бы подсознательным призывом к окружающему миру, 
призывом о помощи, сочувствии, сострадании.
Совершенно иначе переживается глобальная эмоция жалости, направленная на объект.
 Здесь сам человек находится скорее в сильной позиции и в принципе ощущает в 
себе потенциал, возможность помочь объекту жалости, который выступает для него 
несчастным, страдающим, обездоленным, - сразу во всех аспектах, отношениях и 
деталях. Но главное сейчас не детали, главное это общая установка: объекту 
плохо, его жалко, ему нужно помочь, сейчас не до подробностей, сейчас важен сам 
этот факт. Так мы смотрим на плачущего потерявшегося ребенка, на бездомную 
собаку, замерзающую в снегу, на нищую страну, изнемогающую под игом диктатора. 
Локальная жалость имеет совершенно иной вид. Локальная жалость как эмоция 
самого человека подразумевает неполную его включенность в данную эмоцию и 
существование параллельно с ней или рядом с ней иных, может быть, даже 
совершенно других. Например, рядом с локальной жалостью человек может 
чувствовать и осуждение, и негодование, и отрицание. Что касается объекта 
жалости, то локальный архетип выделяет в нем отдельную черту, которая и 
вызывает в человеке чувство жалости, а к объекту в целом при этом отношение 
может быть совершенно другим, и другие его части могут вызывать совсем иные 
эмоции.
Многие люди воспринимают жалость как унижение. Возможно, так можно иногда 
воспринять глобальную жалость, но воспринимать локальную жалость как унижение - 
это всегда недоразумение, потому что она в принципе никак не связана с 
глобальным переживанием объекта. Например, я могу пожалеть собаку, поранившую 
себе лапу, перебинтовать ее, но означает ли это, что я собаку унизил? Это может 
быть ведь очень крупная собака, например, сенбернар и я могу относиться к ней с 
большим уважением, что не противоречит локальной жалости к ней, хотя, возможно, 
и несовместимо с глобальной жалостью. Локальная жалость более конкретна, более 
информативна, иногда переживается человеком гораздо острее, чем глобальная, 
хотя бывает и наоборот - это зависит от психотипа человека. Вообще, есть люди, 
для которых локальная жалость - это не переживание, по-настоящему они 
переживают лишь глобальную, а есть люди, обладающие противоположным психическим 
устройством. Здесь многое зависит от акцентуации локального и глобального 
архетипа у них в психике в целом, и эмоция жалости дает существенный ключ к 
пониманию этой ситуации.
Вопросы к читателю. В какой модальности вы жалеете членов вашей семьи, ваших 
отдаленных родственников, ваших друзей, ваших коллег по работе, вашу страну? 
Как другому человеку легче пробудить в вас чувство жалости - рассказывая о 
своих неприятностях конкретно или драматизируя свою ситуацию в общем? К каким 
выразительным приемам вы прибегаете, пытаясь пробудить жалость у окружающих? 
Оцените эти приемы с точки зрения холистического архетипа. Попробуйте 
произвести те же действия, сменив модальность, то есть в локальной вместо 
глобальной и наоборот. Обратите внимание на модальность реакции вашего партнера.
 Какого рода жалость является для вас наиболее сильным внутренним переживанием 
и какая толкает к конкретным действиям?Попытайтесь ответить на тот же вопрос в 
отношении ваших друзей и знакомых.
Беспокойство и тревога
Состояние беспокойства, высокий уровень которого называется тревогой, 
свойственно человеку. По-видимому, оно необходимо для выживания в окружающей 
среде, изобилующей опасностями. Однако, как и другие эмоции, оно может быть 
сосредоточено внутри человека, а может быть направлено вовне, может 
восприниматься и проявляться совершенно по-разному.
Глобальное беспокойство - это эмоция, которая, как правило, сосредотачивает 
внимание человека на нем самом. То же относится и к тревоге. Другими словами, в 
это время внешнего мира как бы не существует, и состояние накрывает человека 
целиком, изолируя человека от внешних раздражителей, то есть от сигналов 
органов чувств. Меньшая рамка, охватывающая определенную область внешней или 
внутренней жизни человека, может дать беспокойство, относящееся к этой области, 
и это психологическое состояние уже менее тотально, но само по себе редко 
бывает конструктивным. Такого рода фоновое беспокойство за ту или иную часть 
жизни, за тот или иной объект в целом, по-видимому, нормальное условие 
функционирования психики, однако оно не должно подниматься слишком высоко, 
оставаясь незамеченным. Если уровень этого беспокойства превышает определенную 
черту, беспокойство должно сменить свою модальность, а именно человек должен 
обратить уже конкретное внимание на то, что именно его тревожит. Однако сменить 
модальность с глобальной на локальную не так-то просто, особенно когда 
собственное психическое состояние человеком не осознано.
Локальное беспокойство обычно является эмоциональной фазой, предшествующей тому 
или иному действию. Оно выделяет конкретный аспект или конкретную часть в 
объекте, как правило, внешнюю, но иногда и внутреннюю, и существенно его 
акцентирует. Психологически эта нота звучит как подготовительная к разрешению в 
завершающий аккорд того или иного конкретного действия. Если этого не 
происходит, то можно говорить о том, что человек находится в невротическом 
состоянии. Для невротического состояния, наоборот, характерно либо беспокойство 
глобального порядка, относящееся к той или иной области, но не 
конкретизирующееся в ней, либо локальное беспокойство, которое переходит с 
одного элемента на другой, с одной части на другую, но не останавливается и не 
разрешается в каком-либо действии. Такого рода прыжки с одного элемента на 
другой представляют собой несовершенный способ психологической защиты, однако, 
это, видимо, лучше, чем ничего, чем мучительная фиксация внимания на одном и 
том же беспокоящем факторе, который никак и ничем не удается снять.
Вопросы к читателю. Считаете ли вы беспокойство общего порядка нормальным для 
себя состоянием? Стремитесь ли вы от него избавиться, конкретизируя объект 
беспокойства или его причину? Когда вы беспокоитесь, ваши мысли разбегаются в 
разные стороны, или, наоборот, сосредотачиваются? Стремитесь ли вы очертить 
круг ваших забот, или он у вас безграничен? Склонны ли вы тревожиться по 
пустякам; заранее; после того, как опасность миновала? Склонны ли вы разбирать 
будущее по возможным вариантам и их анализировать? Считаете ли вы, что надежда 
умирает последней? Что вас больше мучает - реальные неприятности, или тревога, 
связанная с их возможным проявлением?
Радость
Автор сомневается в том, что жизнь его читателя совершенно безоблачна. Если 
такие люди и существуют, то книг по психологии они не читают. Однако, у автора 
нет сомнений и в том, что в жизни читателя бывают и радостные моменты. Что 
такое радость? Разные люди переживают и воспринимают ее совершенно по-разному, 
и для того, чтобы их лучше понять, важно обратить внимание на модальности этого 
эмоционального состояния. Это не значит, что мы должны их постоянно сознательно 
отслеживать, но в некоторых случаях их очень важно правильно понимать.
Глобальная радость, как и другие эмоции, охватывает человека целиком, окрашивая 
собой все его психическое состояние и все его жизненные проявления: он радостно 
смеется, радостно улыбается, радостно открывает дверь, радостно идет в магазин, 
радостно ложится спать. Этот фон может быть сильнее или слабее, но есть 
некоторое количество людей, у которых радостный общий фон - нормальное 
состояние жизни. У них есть, чему поучиться внимательному наблюдателю. Радость 
как глобальное состояние не означает, что все в жизни человека хорошо, не 
предполагает, что решены все проблемы, что достигнуто просветление, что на 
земле не осталось зла или что это зло не развернуто лицом к этому человеку, но 
все перечисленное не мешает, тем не менее, существованию его радостного фона. 
Глобальная радость, обращенная на объект, означает его положительное приятие 
человеком в целом, но опять-таки не предполагает, что в объекте нет никаких 
негативных, омрачающих черт. Существуют социальные ситуации, где проявленная 
радость неуместна и неприемлема, но даже когда человек, находящийся в состоянии 
глобальной радости, просто присутствует в таких ситуациях и ничего не говорит и 
даже не улыбается, все равно на нем отдыхает взор присутствующих. Их тяжелое 
мрачное состояние и скорбь смягчаются.
Локальная радость может выглядеть гораздо более ярко. Это луч, который бьет во 
внутреннем мире человека или идет от него в окружающее пространство, и это 
может быть почти что луч лазера. На короткое время он совершенно преображает 
какую-то область внутреннего мира человека или внешний объект. Однако эта 
трансформация кратковременна, и чувство радости переходит на другую область или 
освещает иной объект, а старый остается без подсветки и иногда сильно по ней 
скучает. К локальному архетипу относится мимолетная радость. Она нередко тоньше,
 точнее, может быть, ярче и уж наверняка переменчивее глобальной. Она ни на что 
не претендует, но будучи регулярным спутником человека, украшает его жизнь, 
может быть, даже больше, чем глобальный радостный фон.
Вопросы к читателю. Способны ли вы оценить мимолетную радость? Обрадоваться ей, 
зная, что она сугубо конкретна и непродолжительна? Легко ли вы улыбаетесь 
незнакомым людям? Воспринимаете ли вы улыбку судьбы как подарок, или она для 
вас не более чем аванс, за который впоследствии придется расплачиваться, может 
быть, тяжело? Представьте себе колесо фортуны. Можете ли вы его увидеть, и, 
если да, то по какой траектории около вас оно движется? Существуют ли области 
жизни, в которых вам неизменно сопутствует удача? Способны ли вы радоваться 
чужому счастью? Насколько искренна эта ваша радость? Насколько она длительна?
ФИЗИЧЕСКОЕ ТЕЛО И ЕГО ВОСПРИЯТИЕ
Мы переходим к следующей важной теме, а именно, к области физических ощущений 
человека, или того, что на эзотерическом языке называется жизнью эфирного тела. 
Как же здесь проявляются модальности высших архетипов?
Самочувствие
Вопрос: “Как ты себя чувствуешь?” - разными людьми понимается совершенно 
по-разному, в зависимости от той модальности восприятия своего самочувствия, к 
которой они привыкли и которую они считают, как правило, единственно 
существующей. Однако у разных людей эти модальности могут быть совершено 
разными.
Глобальное восприятие своего тела, точнее говоря, ощущение своего тела, 
свойственно большинству здоровых людей - или людей тяжело больных, болезнь 
которых носит общий характер или данный локальный симптом проявлен не слишком 
сильно, по сравнению с общей тяжестью состояния. Для этого архетипа типичны 
отзывы, связанные с весом. Человек говорит о своей необыкновенной легкости или, 
наоборот, тяжести, о подвижности или тяжеловесности: “Летаю, как на крыльях” 
или “еле ноги таскаю”, - все эти отзывы свидетельствуют о глобальном восприятии 
своего тела.
Локальный взгляд, наоборот, выделяет ту или иную часть тела и сосредотачивается 
на ее ощущениях. Это типично, например, когда какая-либо часть тела болит. Как 
бы сама физиология подсказывает человеку обратить особое внимание на ушибленный 
палец или зловещего вида ноющий нарыв. Однако и положительного вида переживания 
физического плана бывают локальными. Таковы, например, ощущения после массажа 
той или иной части тела. Кожа приветствует воздушные и солнечные ванны, 
купание; отдельные мышцы и мышечные группы положительно реагируют на адекватную 
нагрузку. Приятные сигналы может давать и должным образом наполненный желудок. 
Положительные ощущения в половых органах знакомы, вероятно, подавляющему 
большинству людей.
Вопросы к читателю. Знакомо ли вам ощущение, когда вы почти физически 
“рассыпаетесь на куски”? Можете ли вы описать противоположное свое состояние? 
Прислушиваясь к своему внутреннему состоянию, трудно ли вам определить источник 
дискомфорта? Или он непостижимым образом стремится скрыться от вашего внимания? 
Любите ли вы жаловаться на боли и дискомфорт в различных частях тела? Или же вы 
склонны оценивать свое самочувствие в целом? Для самого себя, для других? 
Представляется ли вам приветствие “Будьте здоровы!” имеющим какой-то смысл, 
кроме чисто ритуального? Обнимая другого человека, важно ли для вас, как именно 
расположить вокруг него свои руки? Имеет ли для вас значение, в какое место 
целуют вас и куда целуете вы своих любимых? Во время сексуально окрашенных 
взаимодействий важны ли для вас переживания в частях тела, отличающихся от 
генитальных зон? Верите ли вы, что эрогенные зоны у каждого человека 
индивидуальны и что на них стоит обращать внимание в интимных ситуациях? 
Сохраняет ли ваше тело память о прикосновениях других людей? Какие части вашего 
тела наиболее обидчивы к неадекватным прикосновениям? Имеет ли для вас смысл 
последний вопрос? 
Ощущение внешнего мира
Большой ошибкой является идея общности или одинаковости восприятия людьми 
внешнего мира, хотя органы чувств у нас у всех устроены примерно одинаково. 
Однако, несмотря на это, внутренние переживания отзывов тела на разные 
раздражители у разных людей совершенно различны, и эта разница больше, чем 
можно себе представить. Поэтому мы, как обычно, рассматриваем не только сами 
телесные ощущения человека от окружающего пространства, но и модальности их 
переживания человеком.
Глобальный архетип дает человеку склонность интегрировать полученные от 
внешнего мира телесные ощущения, воспринимая их в целом. Оценивая и 
характеризуя свои телесные ощущения, такой человек скажет: ”Мне хорошо. Мне 
удобно. Мне приятно”. Или наоборот: “Жестко, дискомфортно, неуютно”. При этом, 
если ему некомфортно, он не притворяется, выдавая характеристику общего плана. 
Он действительно не замечает той конкретной причины, по которой он ощущает 
дискомфорт. Если переключить его на локальный архетип, то могут выясниться 
конкретные подробности. Например, что ему жмут ботинки, или что ему холодно, а 
именно, что у него замерзла шея, поскольку ее плохо прикрывает шарф, или что 
ему мешает сигаретный дым и что угодно еще, но пока локальный архетип не 
включен, глобальный интегрирует все эти частные неприятности и выдает в 
сознание человека лишь глобальную характеристику.
Локальный архетип, напротив, выдает, иногда с чрезвычайной точностью, место и 
характер ощущений от внешнего мира, то есть человек может очень ярко 
чувствовать ощущение от своих стоп, идя по горячему песку, или встав на колени, 
с необыкновенной ясностью ощутить фактуру досок, которыми устлан пол, 
почувствовать ветер, который шевелит его волосы, особенно прядку у правого 
виска, ощутить боль в глазах от чересчур ярких бликов на волнах озера. Все эти 
ощущения, которые у разных частей тела могут быть совершенно различными, 
существуют в нем одновременно и никак в его сознании не интегрируются. У него 
не возникает общего ощущения, свойственного глобальному архетипу. Путешествуя 
своим вниманием по различным частям тела, он может попадать то в райские, то в 
адские области, не умея выработать какого-то среднего уравновешенного 
восприятия.
Вопросы к читателю. Чувствуете ли вы телесный дискомфорт, изменяя среду 
обитания, например, выезжая на природу из города, входя в воду, выходя из нее 
обратно? Часто ли в вашей жизни бывает так, что вы не можете определенно 
ответить на вопрос, комфортно ли вам в окружающей среде? Любите ли вы 
контрастные процедуры (быстрые перемещения из холода в тепло, из света в тень и 
т.п.)? Цените ли вы стабильность своих телесных ощущений? Трудно ли вам 
прощаться с хронической болезнью? Радикально менять климат среды обитания? 
Слетать на самолете на два дня в иной климатический пояс?
Еда
Отношение к еде, привычки в еде, сами поедаемые продукты и то, как человек к 
ним относится, - не только важная часть в жизни любого человека, хотя он может 
и не придавать ей существенного значения, но и зеркало архетипов, царствующих в 
его подсознании. Итак, посмотрим, что и как человек ест и как он к этому 
относится.
Глобальный архетип воспринимает процесс еды в целом. Он требует от человека, 
как правило, выработки определенного режима питания и определенной схемы 
питания, разработки его различных аспектов, таких, например, как калорийность, 
витамины, минеральные соли, вывод шлаков из организма. К теме еды обычно 
добавляются очищение, разгрузочные дни, и все это укладывается в разнообразные 
универсальные схемы.
Глобальный взгляд на процесс еды, распространяясь вширь, подчиняет всю жизнь 
человека процессу питания. Это видно по временным меткам, которыми человек 
регулирует свою жизнь. Они же входят и в разговорный обиход всех людей, которые,
 однако, могут не придавать им прямого значения. Такие выражения как 
“предобеденное время”, “послеобеденный отдых”, “обсудим это за ужином” говорят 
сами за себя. Это ничто иное, как торжество глобального архетипа, наложенного 
на процесс еды и продолженного на всю остальную жизнь человека.
Локальный взгляд на процесс принятия пищи гораздо более демократичен и 
свойственен детям, для которых еда никак не выделена из общего процесса их 
жизни и которые склонны, как выражаются взрослые, кусочничать, т.е. в любой 
момент времени прокрасться на кухню, схватить вкусный кусок, немедленно его 
съесть и продолжить свои игры. По тому же принципу живут и многие взрослые, 
понимая и считая, что такое поведение неправильно, но будучи не в силах сменить 
его на иное. И дело тут не всегда в слабости характера, иногда виной тому и 
физиологические, и психологические причины. Впрочем, автор не считает, что 
четкий распорядок в привычках еды органически присущ человеку. Видимо, истина 
весьма и весьма индивидуальна. Локальный взгляд склонен выбирать тот продукт, 
который в данный момент кажется человеку наиболее вкусным, и, не задумываясь, 
его поедать. Вероятно, гурманы в большой степени ведомы именно локальным 
архетипом, именно он дает человеку тонкий вкус, способность разбираться в 
подробностях своих гастрономических ощущений и, на высоком уровне, к творению 
истинных шедевров этого искусства. Под локальным архетипом человек питается и 
голодает иногда по вдохновению, не задумываясь о калориях и сочетаниях 
продуктов. Идеи раздельного питания и систематического голодания, безусловно, 
относятся к глобальному архетипу. Можно сказать, что глобальный подход более 
систематичен, а локальный более искренен, и нигде это не проявляется так явно, 
как в привычках и предпочтениях в еде.
Вопросы к читателю. Соблюдаете ли вы жесткий режим питания, как по распорядку 
дня, так и в плане продуктов? Считаете ли вы это для себя полезным, необходимым,
 желательным, необязательным? Опишите свое поведение в ситуации, когда из 
командировки возвращается муж и привозит с собой из южных стран много сладких 
фруктов. Варианты: вы немедленно бросаетесь к ним и начинаете их беспорядочно 
поедать; вы делите их на несколько дней и едите их в определенное время дня; вы 
игнорируете факт их появления в доме, никак не меняя привычки и рацион своего 
питания. Поедая салат, стремитесь ли вы прочувствовать вкус всех его 
компонентов по отдельности или обращаете максимальное внимание на его общий 
вкус? В течение какого времени после еды вы прислушиваетесь к ощущениям своего 
желудка? Различаете ли вы оттенки чувства голода, когда организм просит вас о 
том или ином продукте? Бывает ли с вами так, что вы сыты одними видами пищи и 
одновременно голодны по другим? Склонны ли вы разделять процессы питья и еды 
или же совмещать их?
Внешний облик и движения
Разумеется, ведущие человека архетипы проявляются и во внешнем виде его 
физического тела, и в том, как он двигается, как одевается, как воспринимается 
окружающими. Однако, прочитать конкретно, суметь увидеть и прочувствовать 
влияние конкретного архетипа - это высокое искусство, которое во многом 
интуитивно и достигается путем продолжительной и неустанной практики. В каком 
ключе можно вести эти наблюдения? 
Глобальный архетип проявляется в том, что тело человека, как в статике, так и в 
динамике, смотрится как единое целое, в котором все органично, нет ничего 
лишнего, выступающего, и нет ничего особо привлекающего внимание. Даже если 
какая-то его часть и бросится в глаза, то тут же обнаружится ее связь с другими 
частями и органическое единство восстанавливает видение тела как целого. То же 
относится и к движению. Это тело двигается таким образом, что оно органично 
вплетается в окружающую среду, и никакая его часть при движении не кажется 
лишней. Это качество, которое обозначается словами ловкость, ладность, 
собранность, характерно для спортсменов-многоборцев. При этом локальный взгляд 
может обнаружить дефекты и недостатки в любом месте тела человека, но странным 
образом они как бы не бросаются в глаза, не смотрятся как существующие сами по 
себе, а, вплетаясь в тело, как бы теряются в нем.
В своей одежде человек, ведомый глобальным архетипом, заботится, в первую 
очередь о некотором общем стиле, которому будут подчинены его внешний облик и 
движения. Этот общий стиль подбирается им в соответствии с той средой, в 
которой он находится. Для него есть большая разница между уличной одеждой, 
домашней одеждой, официальной одеждой, праздничной одеждой и одеждой, 
надеваемой в торжественных случаях. Когда он ее надевает, у него меняется все: 
и настроение, и выражение лица, и походка, и жестикуляция.
Локальный архетип дает взгляд на тело человека, как будто бы состоящее из 
отдельных кусков, причем некоторые из них могут очень красивы, некоторые 
уродливы, некоторые просто выразительны, а некоторых как бы и вовсе не 
предусмотрено природой, по крайней мере, взгляд на них не падает никогда. 
Попытка взглянуть на это тело в целом обычно обречена на провал. Настолько 
выразительны его отдельные части, что взор обязательно падает на них и 
поражается их красоте, или уродству, или своеобразию, но картина в целом 
складываться упорно не хочет. Когда этот человек двигается, то внимание 
наблюдателя также приковывается к отдельным частям его тела или отдельным 
жестам, повороту головы, движению ног и т.п. Понять в целом, какова его походка,
 чрезвычайно сложно. Когда он перемещается в пространстве, изобилующем 
разнообразными предметами, например, идет по лесу, пробирается через толпу, то 
он достаточно ярко выделяется в этом пространстве; при этом он редко 
вписывается в него органично, или же своим телом он ярко акцентирует те или 
другие части окружающей среды, например, наталкиваясь на дерево, спотыкаясь о 
корень и падая на него в живописной позе.
В одежде этот человек любит определенную акцентуацию, штрихи, яркие детали, 
бросающиеся в глаза элементы или краски. При этом уследить за всей своей 
одеждой в целом он совершенно не в силах, поскольку его усилия направлены на 
два или три момента, которые ему в данный момент представляются наиболее 
важными, - на шляпку, или манжеты, или галстук, - а все остальное как-то 
упускается им из виду. Однако то, как смотрят на него другие люди, часто не 
согласуется с тем, на что обращает внимание он сам, и хотя они, скорее всего, 
тоже будут смотреть на детали, но это будут совсем другие детали, так что они 
увидят его совсем по-другому. Локальный взгляд типичен при самооценке молодого 
человека. Он смотрит на нос или на живот, которые его абсолютно не устраивают, 
игнорируя то, что остальное тело бросает определенный свет на эти сомнительные 
части его фигуры, и такого рода взгляд, сменив архетип с локального на 
глобальный, удается преодолеть лишь в возрасте, когда примитивное самовыражение 
и самоутверждение уже не актуальны, то есть обычно ближе к тридцати или даже 
сорока годам; иногда, впрочем, он остается на всю жизнь.
Вопросы к читателю. Устраивает ли вас ваше физическое тело в целом? Какие у вас 
претензии и отдельным его частям? Реальны ли эти претензии? На что вы обращаете 
внимание, глядя на незнакомого человека впервые? Каков характер вашего 
внимания: оцениваете ли вы его целиком или же ищете наиболее выразительные 
детали? Каковы эти детали? Какие качества человека в целом, в первую очередь, 
бросаются вам в глаза? Есть ли у него какие-либо иные качества, которые, 
наоборот, вы просматриваете при первом знакомстве и которые вообще для вас 
несущественны, но существенны для других людей? Сколько раз в день вы 
переодеваетесь? Считаете ли вы, что мелких уродств не бывает? Верите ли вы, что 
общая гармоничность и привлекательность облика фигуры - ключ к успеху женщины? 
Считаете ли вы, что красота человека тождественна красоте его лица? Важны ли 
для вас подробности одежды: вашей, ваших знакомых, друзей, незнакомых людей? 
Способны ли вы, не скучая, разглядывать человека в течение двадцати минут, 
получая все новую и новую информацию о нем? Можете ли вы составить словесный 
портрет лица вашего мужа (жены), по которому его (ее) можно будет отличить от 
другого человека?

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь