ВЫСШИЕ АРХЕТИПЫ: ОПЫТ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ :: 4. Ч а с т ь 3 — ДИАЛЕКТИЧЕСКИЙ АРХЕТИП Часть 2

0
300
На этом уровне приходит понимание того, что на фазе осуществления в принципе не 
завершается работа объекта, а на фазе растворения не только доделывается то, 
что было не доделано на фазе творения, но и производится самостоятельная работа,
 связанная с тонкостями жизни объекта, которые становятся видны и понятны лишь 
сейчас, и лишь сейчас наступает время их проработки и осуществления, в 
частности, окончательной расплаты по долговременным счетам и завершения 
кармической программы объекта. Другими словами, человек на любительском уровне 
становится энтузиастом своего дела, считая, что у фазы растворения - самая 
эзотерическая, самая тонкая и самая деликатная работа. То, что эта работа 
зачастую грязная, его не смущает. Кроме того, здесь происходит существенное 
расширение сознания. Если на фазе творения сознание в основном сосредоточено на 
объекте и благах, которые он получает со всех сторон, а на фазе осуществления 
сознание включает объект, его функцию и взаимодействие с окружающей средой в 
рамках этой функции, то на фазе растворения взгляд как на объект, так и на 
окружающую среду значительно более широкий. Он включает, во-первых, все три 
фазы жизни объекта, а во-вторых, восприятие средой объекта в гораздо менее 
утилитарной плоскости, чем просто потребление средой результатов деятельности 
этого объекта. Эту мысль можно проиллюстрировать таким образом: когда волк 
гонится за оленем, в его сознании олень представлен как таковой, и его цель 
ясна и однозначна - догнать этого оленя и его загрызть. Когда же олень, уже в 
виде туши, благополучно приволочен в логово, и волк, насытившись, наблюдает за 
тем, как его детеныши удовлетворяют олениной свой аппетит, мысли волка 
становятся гораздо шире, они приобретают философский характер, и он может 
поразмыслить, например, на тему о роли оленя как биологического вида в жизни не 
только его семьи, но и волков его леса, а также прилегающих к лесу территорий.
Профессиональный уровень проработки архетипа растворения дает человека, который 
хорошо знает свое дело. Так, в романе В. Набокова “Приглашение на казнь” к 
осужденному приходит его будущий палач, завязывает с ним дружеское знакомство и 
между делом тщательно ощупывает его шею, уточняя ее анатомию - с тем, чтобы 
оптимальным образом нанести решающий удар. Менее драматичный пример - работа 
повара, который готовит блюдо - максимально приближая пищу к фазе растворения 
во рту и желудке едоков, ценителей его творчества. Впрочем, сам по себе повар 
работает, естественно, под архетипом осуществления, как и любой другой 
профессиональный работник, но тень архетипа растворения, или субмодальность 
архетипа растворения, безусловно, в его работе фигурирует. Пища должна быть 
съедобной, то есть готовой к растворению в окружающей ее среде организма. На 
профессиональном уровне фазы растворения работают хирурги, точно отрезающие то, 
что в организме человека является для него лишним, врачи-стоматологи, очищающие 
зубы от налета и лечащие кариес, врачи-натуропаты, занимающиеся чисткой 
кишечника, крови, лимфы, печени, желчного пузыря и т.д. Однако, точность и 
экологичность для окружающей среды фазы растворения - не главный и не 
единственный признак профессионализма. 
Вероятно, самое главное, что отличает профессиональный уровень фазы растворения,
 - это хорошее понимание и преимущественное внимание к этике происходящего. 
Этика фазы растворения кардинально отличается от этики фазы осуществления и 
этики фазы творения, но не в этом одном лишь дело. Важно то, что этика на фазе 
растворения приобретает преимущественное значение, как бы возвышаясь над жизнью 
объекта. Можно сказать, что ради формирования своих итогов жизнь и проходит - 
по крайней мере, так кажется человеку на фазе растворения. Итоги жизни это 
совсем не ее непосредственное содержание, которое волновало человека на фазе 
осуществления. Моральные выводы, более тонкое понимание и не только жизни 
объекта, но и вообще жизни как таковой - вот итоги, которые интересуют человека 
на фазе растворения. Смысл жизни и существования не только объекта, но и 
похожих на него, смысл собственного существования, выход за рамки 
обусловленного мира и понимание высшей закономерности бытия - вот плоды, 
которые несет с собой фаза растворения, и человеку, профессионально ее 
осваивающему, она кажется не только неизбежной и необходимой частью 
существования, но и самой интересной его частью. Смерть не только завершает 
жизнь, считает он, она еще и окрашивает жизнь особым светом, давая ей глубокое 
содержание, которое по-настоящему проявляется и становится видным лишь на фазе 
растворения. На профессиональном уровне фазы растворения у человека появляется 
мудрость - качество, которое возникает именно на этой фазе и в известной 
степени противопоставляется уму, характерному для фазы осуществления. 
Профессионализм фазы растворения - это тонкий аромат гнилостного брожения, 
эстетика загнивания и декаданса.
ПРОРАБОТКА ДИАЛЕКТИЧЕСКОГО АРХЕТИПА
Тема проработки универсального архетипа - это тема взаимоотношений составляющих 
его частных архетипов, и взаимодействия их модальностей. В зависимости от того, 
насколько человек осознает эти модальности, видит, чувствует и слышит их в себе 
и в окружающем мире и умеет ими управлять, зависит уровень его мира с самим 
собой, его эффективность во внешних и внутренних проектах.
Стадия 1. Первичный хаос. На этой стадии человек вообще не задумывается о 
модальностях времени и делает вид, что они для него неразличимы. По крайней 
мере, в его речи и в его поведении они перепутаны самым неожиданным и 
катастрофическим образом- однако, он не обращает на это никакого внимания. 
Воспринимая других людей и ситуации, он также не обращает внимания на то, какая 
модальность времени в них является основной (ведущей), и попадает нередко 
впросак или же вносит в ситуацию необыкновенный хаос, разгрести который может 
оказаться довольно сложно.
Его поведение чаще всего некомплементарно, то есть он не умеет поддерживать те 
модальности, которые предлагают ему ситуация или партнер, и перебивает ее своей.
 Кроме того, он перебивает еще и сам себя, не замечая всей нелогичности и 
непоследовательности своего поведения. Начать за здравие, а кончить за упокой - 
любимый его прием; впрочем, он подсознательно владеет и многими другими, 
смешивая модальности в самый невообразимый ком.
Новый сотрудник приходит на работу. “Заранее побеспокойся о том, как ты будешь 
отсюда увольняться", - многозначительно скажет ему наш герой, надолго испортив 
человеку настроение и сделав его осторожным в ситуации, когда этого совершенно 
не нужно. Дряхлого старца, недалекого от гробовой доски, он будет обстоятельно 
поучать, как тому следовало вести себя в юности, чтобы не попасть сейчас в 
столь тягостное положение. Человеку, погруженному в серьезную и ответственную 
работу, будет советовать поскорее ее сворачивать за полной безнадежностью или 
полностью перестраивать свое отношение к ней, учиться новому творческому 
подходу. Мать, уговаривающая своего пятилетнего сына съесть на ужин овощной 
салат вместо любимого им бутерброда с сыром, мотивируя это богатством витаминов 
и особенностями физиологии переваривания пищи в ночное время, находится на 
первой стадии проработки диалектического архетипа: мальчик ждет от нее 
откровения в модальности творения, она же произносит текст, отчетливо 
относящийся к модальности осуществления, к тому же ему совершенно непонятный. 
Для первой стадии характерно самопрерывание, когда человек спонтанно меняет 
модальность своего поведения или речи, не замечая того, что эти перемены не 
мотивированы ни ситуацией, ни его прежними словами и резко, грубо и жестко 
прерывают его поведение, чрезвычайно мешая как ему, так и развитию ситуации и 
людям, которые его воспринимают. Фактически переносить этого человека довольно 
трудно, но упрекнуть его в чем-то конкретно в нашей культуре иногда совершенно 
не представляется возможным. Максимум, что он может услышать: “Слушай, ну ты 
ведешь себя как-то не так!” А как именно не так, партнер объяснить обычно не в 
состоянии. Например, излагая одну и ту же тему, этот человек совершенно 
немотивированным образом может менять настроение своего рассказа, из 
модальности панихиды и полного уныния моментально перескакивая в модальность 
ожидания светлого будущего и новых неожиданных источников поддержки, прыгая 
оттуда в модальность, предполагающую существование уже готового, исправно 
функционирующего механизма, когда о нем еще даже нет никакой речи, а затем 
моментально разрушая этот механизм и делая выводы о полной никчемности его 
существования. Все это производит на слушателя иногда оглушительное впечатление,
 которое никак не хочет суммироваться на уровне ментального понимания. “Так к 
чему вы все-таки клоните, где мы едем? Что у нас есть и что мы планируем? К 
каким целям мы стремимся и к каким выводам придем в результате всего этого?” 
Ответа ни на один из этих вопросов у нашего героя нет, и он и не имеет в виду, 
что они должны быть, однако он ведет себя таким образом, как будто все три фазы 
времени давно у него в кармане, и он с ловкостью фокусника вытаскивает из своих 
карманов то одну, то другую, то третью, не обращая внимания на то, как 
уродуется и искажается при этом сюжет его повествования или действия.
Типичный пример поведения на первой стадии проработки диалектического архетипа 
дает поведение энергичного до нагловатости журналиста, который берет интервью у 
знаменитости. В модальности творения идет в этом случае представление героя 
передачи, рассказ или предъявление телезрителю новых сторон жизни и 
деятельности знаменитости. В фазе осуществления идут серьезные вопросы, 
касающиеся ее работы. К фазе растворения относятся ее оценки прожитой жизни, 
отдельных жизненных сюжетов, а также оценки других людей и профессионалов. Не 
давая возможности знаменитости закончить свой ответ в той или иной модальности, 
журналист ее перебивает и, в соответствии со своим планом интервью, задает 
вопрос в другой модальности, затем в третьей, затем снова в первой, в 
результате чего знаменитость начинает хлопать глазами, несколько раздражается и 
все происходящее начинает ей напоминать действие на арене цирка, и то же 
впечатление складывается и у телезрителей.
Стадия 2. Идентификация. На этой фазе человек начинает отдавать себе отчет, что 
существуют три фазы времени - творение, осуществление и растворение. Он, 
естественно, называет их какими-то своими словами и выбирает себе любимую, 
которую сознательно или бессознательно стремится использовать во всех случаях 
жизни. К остальным он относится скептически, и в какой бы модальности ни 
выступал собеседник, отвечает, как правило, в любимой. При этом он осознает (в 
некоторых случаях) свою инертность и некомплементарность, но обычно винит в ней 
окружающих, а не себя. Другими словами, этот человек понимает, что бывают, 
например, такие обстоятельства, когда критика неуместна, то есть он ощущает 
фазу творения как некоторое особое состояние психики или природы, когда можно 
собирать и не отдавать и не накапливать про запас, а просто играть, не неся за 
это ответственности. Но если эта модальность не является его любимой, то он 
будет рассматривать ее, во-первых, как быстро проходящую, во-вторых, несолидную,
 а в третьих, предназначенную исключительно для следующей фазы, фазы 
осуществления, если он на ней фиксирован. Если же он фиксирован на фазе 
растворения, то он будет воспринимать и фазу творения, и фазу осуществления как 
подготовительные для самой основной, самой интересной и содержательной фазы 
растворения, и с ее позиций рассматривать все, что происходит, осознавая порой 
некоторую свою неадекватность, но тем не менее не считая ее особенным грехом. 
Для этой фазы характерно снисходительное или пренебрежительное отношение к 
фазам, отличным от той, на которой он фиксирован, хотя его оценки будут 
различными в зависимости от того, с позиции какой именно фазы он рассматривает 
остальные. Например, фаза творения выглядит совершенно неубедительной и 
эфемерной как с точки зрения фазы осуществления, так и с точки зрения фазы 
растворения, но их критика ее будет совершенно различной. В легкомыслии фазу 
творения упрекнут обе оставшиеся фазы, но если фаза осуществления упрекнет фазу 
творения в безответственности, чрезмерно легкомысленном отношении к тем благам, 
которыми она пользуется, и к тем обязательствам, которые она берет на себя, то 
фаза растворения упрекнет фазу творения в чрезмерной поглощенности самой собой 
и отсутствии должного внимания к тому, чем все должно заканчиваться. Фаза 
осуществления, с точки зрения фазы творения, чересчур серьезна, занудна и 
ограничена в своем восприятии действительности. Надо легче - считает фаза 
творения. Фаза растворения также считает, что фаза осуществления ограничена в 
своем восприятии, но в несколько ином аспекте - она не думает о тонкостях, о 
завершении собственных программ, а это единственное, что важно и интересно.
В общем, говоря об отношениях между архетипами, можно сказать, что для второй 
стадии характерна фиксация человека на одной из фаз и игнорирование остальных, 
даже ценой некомплементарности своего поведения и плохого взаимопонимания с 
другими людьми, и неадекватности поведения во многих ситуациях. Однако любимую 
модальность человек чувствует своей, а остальные чужими, и этим все сказано.
Стадия 3. Конкуренция. На этой стадии человек осваивает все три фазы времени, 
одни чуть лучше, другие чуть хуже, но в принципе он воспринимает их все три, и 
в случае необходимости может использовать и воспринимать каждую из них. Однако, 
фактическое использование этих фаз плохо им регулируется, то есть считая 
необходимым и желательным использовать данную фазу, он, чуть отвлекшись, 
переходит почему-то на другую, и в целом у него может возникнуть впечатление, 
что где-то у него в подсознании идет отчетливое соперничество между 
модальностями времени, и какие-то силы его подсознания, плохо понятные ему 
самому, переключают эти модальности в соответствии с какой-то неясной борьбой, 
проходящей в глубинах его психики. На этой фазе можно говорить о том, что 
разным модальностям времени соответствуют разные аспекты миросозерцания, разные 
этические системы, разные модели поведения. Но человек пока что не очень это 
осознает, хотя намеки на такое положение вещей получает постоянно. 
Например, в модальности творения он может быть чрезвычайно пессимистичен и 
негативно настроен. В то же время, переходя в модальность осуществления, он 
собирается, преисполняется оптимизма, у него неведомо откуда берутся силы, и он 
успешно выполняет работу. О таких людях сочинена известная пословица “Дорогу 
осилит идущий”. Тот же человек может весьма поверхностно и в целом 
пренебрежительно относиться к фазе растворения, отождествлять ее со смертью, 
считать, что о смерти и вообще о разрушении думать лучше не надо, а что 
касается очищения, то оно должно происходить само по себе, и его миросозерцание,
 мироощущение в модальности растворения будут довольно аморфными, плохо 
сформированными, он будет придавать им чрезвычайно малое значение, и ему очень 
трудно будет понять людей, для которых эта фаза является главнейшей в их жизни. 
Ему будет казаться, что они притворяются или дурят его намеренно, или плохо 
понимают сами себя и то, что они хотят от жизни, что у них не сформировано 
мировоззрение или что-нибудь в таком духе. Все ситуации в его жизни будут 
довольно четко разделены на четыре категории; три, соответствующие модальностям 
времени, и четвертая - с неопределенной модальностью времени. В ситуациях 
четвертого типа он будет чувствовать себя некомфортно, ощущая смутную борьбу, 
до тех пор пока один из архетипов не объявит ситуацию своей и не выкрасит в 
свой цвет, расставив своим образом ценности и приоритеты, настроив 
соответственным образом мироощущение человека, включив его мировоззрение, 
мышление и т.д. При этом переход из одной ситуации в другую, если они 
управляются различными модальностями времени, будет для человека довольно 
болезненным, он не будет чувствовать уместности и возможности таких переходов, 
и когда они будут происходить, он будет ощущать нечто вроде преображения, то 
есть внутри него будет умирать один человек и рождаться другой, с первым плохо 
знакомый и стоящий во многом на несовместимых позициях. Многие люди наблюдали 
моментальные и совершенно непонятные изменения в настроении (как в своем 
собственном, так и собеседников) при, казалось бы, незначительном повороте темы 
или сюжета. Объяснить эти изменения иногда чрезвычайно сложно, если не обращать 
внимания на смену модальностей. Наоборот, внимательное наблюдение за 
модальностями объясняет многие вещи, не понятные ни с какой другой точки зрения.

Если человек находится на третьей стадии проработки диалектического архетипа и 
у него есть подсознательная конкуренция между не нашедшими себе окончательное 
место в его психике модальностями времени, он легко может стать жертвой 
опытного манипулятора, который незаметным для человека приемом сменит ему 
модальность и тем самым и мировосприятие и мироощущение и способ поведения. 
Так, например, есть люди, чрезвычайно доверчивые на фазе творения, то есть в 
момент, когда включается модальность творения, человек делается восхищенным 
ребенком, верящим во все что угодно, что бы ему ни предлагали. Он может быть 
чрезвычайно осторожен и аккуратен на фазе осуществления, но если его партнеру 
удается инициировать у него фазу творения, то его настроение меняется и в него 
можно внедрить какую угодно идею, которую он сам же будет осуществлять: 
серьезно, основательно, ответственно. Если же попытаться предложить ему новую 
идею или даже скромную вариацию его жизненного сюжета, когда он находится 
психологически под воздействием фазы осуществления, то, скорее всего, из этого 
ничего не выйдет. Там человек четко настроен на свой сюжет, он находится в 
рамках устойчивого ритуала, который отгородит его от любых вмешательств.
Есть люди, которые чрезвычайно мягки и податливы, если включить у них 
модальность растворения. На них опускается ощущение всепрощения, 
вседозволенности по отношению к окружающему миру, у них опускаются руки, и они 
говорят своему партнеру что-нибудь в таком роде: “Ну, ты меня достал, теперь 
можешь делать, что хочешь, все, что ты ни попросишь, я тебе отдам!” Если же с 
этим человеком общаться в модальности творения или осуществления, то ни на 
какие жертвы он не пойдет и никакой уступчивости может не проявить. Есть, 
наоборот, люди уступчивые как раз на фазе осуществления, то есть если иметь с 
ним дело в каком-то производственном процессе, рамки которого установлены, то 
он охотно пойдет на любое сотрудничество, на неудобные для себя уступки, 
выполнит просьбу и т.д. Но для него важно, чтобы все это происходило в рамках 
постоянно действующего и самоподдерживающегося сюжета; если же он попадает в 
модальность творения или растворения, то его уступчивость может снять как рукой.
 
Так меняются ориентация человека и ценностные установки при смене модальности. 
Читатель может поразмыслить на эту тему, опираясь на собственный жизненный опыт,
 и тогда он сможет сам убедиться, насколько справедливы авторские наблюдения и 
мнения, изложенные выше.
Стадия 4. Сотрудничество. На этой стадии человек учится воспринимать и 
использовать такую тонкую вещь, как смена модальностей времени. Эта способность 
называется иногда чувством времени в широком смысле. Само по себе это означает, 
что у человека есть ощущение, в какое время что следует делать. Например, этот 
человек чувствует, когда кончается фаза творения и начинается осуществление, 
когда кончается фаза растворения и начинается фаза творения, - впрочем, далеко 
не всегда фазы идут в естественном порядке - творение, осуществление, 
растворение - они могут меняться произвольным образом. 
Что это означает, например, в бытовом поведении? Человек, ощущающий активность 
одного из частных архетипов (творения, осуществления, растворения), знает, 
когда можно заменить его на иной, а когда ни в коем случае нельзя. Например, в 
разгар рассказа вашего собеседника об интересующей его теме, когда он эту тему 
не только заявил, но и принялся разворачивать, оборвать его и сказать: “Ну, 
хорошо, а к чему ты клонишь?” или “Какой отсюда следует вывод?” - то есть резко 
заменить фазу осуществления в ее активном состоянии на фазу растворения было бы 
большой бестактностью - при том, что вы руководствуетесь лучшими намерениями и 
может быть, действительно вам уже пора уходить, а то, что собеседник 
рассказывает, вам чрезвычайно интересно. С другой стороны, когда фаза 
осуществления уже заканчивается, то будет во многих случаях весьма уместно 
заменить ее или фазой творения какого-то нового сюжета, или фазой растворения 
того сюжета, о котором шла речь, и этот переход, если он происходит незаметно 
для сознания человека, застает его врасплох: фактически уже идет фаза 
растворения, а его энтузиазм, серьезность и собранность, фиксированность на 
определенном ритуале не дают ему возможности это почувствовать, и возникает 
некомплементарное поведение. Такого рода эффекты на четвертой стадии бывают, но 
обычно смена модальности все-таки доходит до сознания человека, он ее осознает 
и соответствующим образом корректирует свое поведение. 
Так, хозяин, оживленно разговаривая с гостем, в какой-то момент чувствует, что 
гостю уже малоинтересно происходящее и тот пытается свернуть оживленную беседу, 
посматривает на часы, вежливо кашляет, бросает взгляд в сторону двери. Это 
поведение показывает хозяину, что содержательная часть визита для гостя, 
очевидно, закончилась, и у него есть желание уйти. Может быть, хозяин замечает 
это не сразу, может быть, тема разговора занимает его чрезвычайно, но на 
четвертой стадии после одного-двух косвенных намеков гостя до сознания хозяина 
доходит тот факт, что фаза осуществления сменилась фазой растворения, и он 
(может быть, скрепя сердце) принимает этот факт и переводит общение уже на 
рельсы расставания: меняет интонацию, договаривается о будущей встрече, 
благодарит за интересное общение.
Вообще, следует, отметить, что не все переходы в равной мере даются человеку. В 
особенности ему трудны переходы с той модальности, которая является для него 
самой привычной и самой любимой, но кроме того, есть еще переходы, которые 
психологически более сложны, например, из фазы растворения в фазу творения, из 
фазы творения в фазу растворения и из фазы осуществления в фазу растворения. У 
каждого человека по крайней мере один из этих переходов психологически сложен и 
некомфортен. Почему это так, вопрос сложный, но если человек осваивает хотя бы 
на каком-то материале этот переход, то это сказывается и на таких переходах во 
всех остальных жизненных ситуациях и сюжетах.
На четвертой стадии человек обычно осваивает субмодальности в пределах данной 
модальности. Это означает, что он начинает дифференцировать каждую из трех 
модальностей времени и в ее рамках ощущать различные интонации, относящиеся к 
другим модальностям.
Например, говоря об обучении, мы можем сказать, что в целом оно идет в 
модальности творения. Многие люди, например, считают, что они не в состоянии 
выучить иностранный язык, обучиться водить автомобиль или готовить пищу. В 
таких случаях им помогает такой психологический подход: “Ты, такой как ты есть, 
безусловно, не в состоянии выучить английский язык, но ты можешь стать другим 
человеком, который будет знать английский язык". Такого рода подход как раз в 
точности и означает серьезное и глубокое включение архетипа творения. Однако 
обучение можно разделить на три основные фазы, соответствующие трем основным 
модальностям времени. 
Первая фаза - это фаза растворения. Она заключается в том, что человек 
обнаруживает определенные блоки, определенные свои несовершенства, препятствия, 
не дающие ему освоить материал, или он обнаруживает белое пятно на месте 
будущего знания и ставит себе задачу это пятно стереть. Другими словами, он 
обнаруживает некоторое неумение, которое должно быть разрушено и преодолено 
умением. Сказанное выше может показаться читателю несколько экстравагантным, 
однако любой лектор, любой пропагандист прекрасно знает, что в начале изложения 
для того, чтобы заинтересовать публику, нужно поставить перед ней проблему, 
решение которой будет непонятно, то есть нужно организовать препятствие, 
которое должно быть преодолено и разрушено. Следующая фаза обучения относится к 
модальности осуществления: здесь происходит процесс освоения нового материала и 
своего рода работа с ним; работа, естественно в игровом режиме, как это и 
предполагает основная модальность обучения, то есть модальность творения, 
однако субмодальность здесь осуществление. И, наконец, третья фаза обучения 
заключается в том, что человек уже освоил вчерне предмет обучения и вместе с 
ним отправляется под отдаленным присмотром преподавателя во внешний мир 
пробовать себя, демонстрировать свои навыки уже во внешней реальности. Так, 
студент становится молодым специалистом. Здесь бывший ученик является в мир с 
новым навыком, и мир разворачивается к нему совершенно по-другому. Теперь 
полученный навык дает возможность человеку почти бесплатно получать все новые и 
новые плоды и результаты своего обучения, вокруг он слышит восхищенные возгласы,
 ситуации, которые раньше были ему недоступны, распахивают ему свои двери и 
новая жизнь заключает его в радостные объятья – здесь налицо субмодальность 
творения.
Аналогично, в фазе осуществления и в фазе растворения также можно выделить три 
субмодальности и, таким образом, получить более дифференцированное 
представление о модальности происходящего. Такого рода членение в некоторых 
случаях чрезвычайно полезно, поскольку позволяет гораздо точнее понять 
собеседника. Даже если человек находится с ним в пределах одинаковой фазы, то 
есть модальность времени у них согласована, это еще не значит, что согласованы 
субмодальности. Последние также играют, как читатель понимает, большую роль.
Например, желая выяснить отношения и их почистить, человек может предъявить 
своему партнеру претензию. Для него это не более чем затравка, начало будущего 
серьезного разговора. Это может быть совершенно конкретная претензия, 
неожиданно возникающая в разговоре и для него звучащая в модальности 
растворение-творение, то есть основное содержание - это чистка, растворение, а 
субмодальнось - начало этой чистки. Его партнер, предчувствуя этот серьезный 
разговор и не имея никакого желания его проводить, может, как говорится, 
спустить ситуацию на тормозах, то есть сказать: “Да, ты совершенно прав, я 
очень перед тобой виноват, извини”, - и поставить тем самым логическую точку, 
определив модальность своей реакции как растворение-растворение, то есть он 
признает модальность чистки и своей фразой ее заканчивает. Человек оказывается 
в сложном положении: с одной стороны, ответ абсолютно комплементарен, если 
смотреть с социальной точки зрения, ибо ему не возражали, а согласились с ним, 
а с другой стороны, он-то имел в виду задеть своего партнера за живое, 
проговорить с ним гораздо более серьезную, более широкую тему, а тот каким-то 
ловким маневром от этого увильнул, а предъявлять претензию снова и примерно в 
тех же словах уже как-то неловко, ведь ему же ясно дали понять, что вина 
принята, осознана и даже в основном искуплена.
Читателю в качестве упражнения предлагается рассмотреть три модальности понятия 
чистки; а) чистка, которая происходит на фазе творения объекта, то есть процесс,
 который идет в модальности творение-растворение; б) чистка, которая идет на 
фазе осуществления, то есть в модальности осуществление-растворение; и в) 
чистка объекта в процессе его растворения, то есть в модальности 
растворение-растворение. Автор, таким образом, навязывает читателю идею, что 
чистка относится не к модальности, а к субмодальности. Согласен ли читатель с 
этим мнением? Если нет, то пусть подумает о своем варианте интерпретации 
понятия чистки. 
Жанр воспоминаний, например, в целом идет в модальности растворения. Это что-то,
 что было и прошло, и теперь оно имеет лишь относительную ценность, а главное - 
это осмысление и выводы из того, что когда-то происходило. Определенный флер 
фазы растворения всегда стоит над воспоминаниями, окрашивая их в смягчающие 
тона, снимая остроту прежних конфликтов и освещая их светом мудрости и 
глубокого понимания. Однако в рамках такой общей модальности могут звучать все 
три фазы времени в качестве субмодальностей. Человек может вспоминать о времени,
 когда у него была активна фаза творения, когда на него со всех сторон сыпались 
жизненные дары, авансы и предложения.
“Бывали дни такие, гулял я молодой,
Глаза глядели в небо голубое,
Еще был не разменян мой первый золотой,
Сияли звезды, гордые собою. 
Еще моя походка мне не была смешна,
Еще подметки не пооторвались,
Из каждого окошка, где музыка слышна, 
Такие мне удачи открывались.” 
(Булат Окуджава)
В модальности растворение-творение написаны многие мемуары о Великой 
Отечественной войне, когда действующие лица были еще молоды, жизнь была для них 
чрезвычайно яркой, причем модальность растворения здесь подчеркнута дважды, 
во-первых, тем, что это воспоминания, а во-вторых, тем, что это воспоминания о 
войне.
Ситуация в модальности осуществление-творение это, например, прием на стабильно 
функционирующую фирму нового сотрудника, который должен влиться в ее ряды и в 
рамках уже существующего производственного процесса что-то изменить, ввести 
какие-то нововведения, да и само явление человека в устоявшийся коллектив - это 
тоже событие в модальности осуществление - растворение.
На четвертой стадии возникает, проявляется и человеком осознается матрешечное 
соединение модальностей диалектического архетипа. Возникает это соединение, 
безусловно, в любых ситуациях, независимо от стадии проработки этого архетипа, 
но на четвертой стадии оно осознается, и человек учится с ним работать. 
Таким образом, для четвертой стадии характерно, во-первых, согласование 
модальностей времени, во-вторых, достаточно точное ощущение и использование 
субмодальностей времени в пределах данной модальности, и, в третьих, их 
матрешечное соединение. Последнее типично для ситуации, когда смысл того, что 
человек говорит или делает, относится к одной модальности, а непосредственное 
социальное содержание, то есть внешнее значение - к другой. Насколько 
распространено такое поведение? Оно, скорее, является типичным, нежели 
исключительным. Есть, например, люди, которые никогда не укладываются в те 
программы, которые сами же себе назначают или в которые погружает их жизнь. Они 
сами, впрочем, склонны стоять на второй точке зрения. Они вечно опаздывают, 
торопятся, не успевают, срывают сроки, у них все под руками расползается и 
теряет назначенные формы. Такой человек психологически постоянно находится в 
фазе растворения. По жизненным обстоятельствам, по взаимодействию с другими 
людьми, он вынужден, естественно, использовать все три модальности времени. 
Однако его внутреннее состояние постоянно проявляется в мимике, жестах, 
интонации, особой конструкции фраз - при том, что сама тема обсуждения может 
относиться, например, к модальности творения. Способность заупокойным голосом 
обсуждать будущий проект, который еще только-только начинает возникать, - 
видимо, национальная черта русского характера - точно так же, как и способность 
радостно подсчитывать убытки, воспринимая их в модальности чистого творения как 
особые плоды с райского дерева. Рассогласование модальностей внутреннего 
смыслового и внешнего социального уровней - любимый прием, используемый в 
шутках, остротах, анекдотах и т.д. Он придает особый комизм ситуации. Известна, 
например, такая цитата, то ли из жизни, то ли выдуманная: “Продолжим наши игры”,
 - мрачно сказал главный редактор детского журнала, глядя на своих сотрудников. 
Слово “продолжим”, так же как и мрачность взгляда, сразу предполагают фазу 
осуществления, игры же, безусловно, относятся к фазе творения. Таким образом, 
модальность выступления редактора, в данном случае на социальном уровне - 
творение, на семантическом - осуществление. Таков же пафос большинства 
анекдотов про Штирлица, Чапаева и других народных героев. Очень серьезная, 
смертельно опасная, ответственная ситуация, относящаяся к фазе осуществления, 
обыгрывается как абсолютно игровая, где ответственность действующих лиц 
снижается почти до нуля, то есть воспринимается в фазе творения. “Василий 
Иваныч, белые!” - “Ах, отстань, Петька, не до грибов сейчас”.
Стадия 5. Синтез. К концу четвертой стадии проработки диалектического архетипа 
взаимное проникновение модальностей уже довольно велико. Например, человек, 
будучи адекватным, модальности творения, в то же время уже предчувствует, как 
она будет разворачиваться в модальности осуществления и чем данный сюжет 
окончится, то есть представляет себе также и модальность растворения. То же 
относится и к переживаниям и к проживанию остальных двух модальностей. И в 
какой-то момент у человека появляется ощущение, что он поднимается как бы над 
вращением времен и видит их все одновременно. В один и тот же момент один 
процесс только еще начинает разворачиваться, второй - реализуется, третий - 
завершается, и он видит связи этих процессов друг с другом и их динамику так, 
как если бы он смотрел на время откуда-то сбоку, из вневременного измерения и 
видел его целиком все. Это уровень высшей мудрости, когда в младенце уже 
прозреваются и юноша, и взрослый человек, старик, а в старике видится и его 
собственное детство, и будущее воплощение.
ПСИХОЛОГИЯ ДИАЛЕКТИЧЕСКОГО АРХЕТИПА
Мироощущение
Для архетипа творения характерно мироощущение человека, при котором он 
чувствует себя находящимся в центре мира. Мир приспосабливается к нему, к его 
поведению, к его малейшим прихотям, разворачивается в той области, куда он 
направляет свое внимание, и сворачивается, может быть, печально, но послушно, в 
той области, куда человек не смотрит. Он глубоко убежден, что ему принадлежат 
все права, у него всего много, а все, что ему необходимо, у него уже есть или 
скоро будет, и в какой-то мере человек переносит это мироощущение и на других, 
то есть он считает, что мир велик, его с избытком хватит на всех; словом, как 
говорится в Библии, плодитесь и размножайтесь. Под архетипом творения человек 
ощущает себя в мире свободным и защищенным, или не нуждающимся в защите. Если 
на него сваливаются неприятности, то они сваливаются с совершенно неожиданной 
стороны, и предпринимать что-либо заранее в качестве подготовки или защиты не 
представляется необходимым или возможным в принципе. Этот человек открыт для 
мира. Мир для него изобилует сюрпризами, которые никогда не кончаются. Как 
человек воспринимает эти сюрпризы, какими он их предполагает, зависит от его 
темперамента и жизненного опыта и общих жизненных установок, но сам факт 
развернутости его в мир и готовности принимать то, что тот ему посылает, не 
подвергается человеком сомнению. “А как же иначе?” - думает он.
Для архетипа осуществления характерно мироощущение человека, находящегося с 
миром в балансе, символическом энергетическом и материальном равенстве. “Я - 
равноправная часть мира, - думает он, - мы должны приспосабливаться друг к 
другу: я - к нему, а он - ко мне". Здесь очень сильна идея паритета, равенства, 
баланса. “Он что-то делает для меня, я - для него. Миром правит закон, которому 
я подчиняюсь, но которому подчиняется также и он”. Этот человек не ставит себя 
в позицию пупа земли, ему не кажется, что пространство фокусируется на нем. Он, 
скорее, ощущает себя экологичной частью экологичного мира. Может быть, это 
дурная экология, но закон причин и следствий, принцип, что ничего в жизни не 
бывает бесплатно, этому человеку дан именно на уровне его мироощущения. Здесь 
мир воспринимается как полууправляемый. У человека есть инструменты, с помощью 
которых он может влиять на мир, причем в определенных пределах достаточно 
эффективно; с другой стороны, он ощущает, что мир в какой-то мере управляет им, 
ограничивая его волю, ставя ее в определенные рамки, и человек считает это 
нормальным, то есть он не воспринимает это как какую-то особую несвободу. Это 
ограничения, которые ему могут быть даже и полезны.
Под архетипом растворения мироощущение человека во многом жертвенное. Он 
ощущает себя ничтожной, практически бесправной частичкой мира. Он прощается со 
всем, что у него есть, у него нет никаких прав собственности, у него нет права 
на равновесные отношения с миром, на подчиняющийся каким-то справедливым 
законам обмен между человеком и материей; его общее настроение: “Возьмите у 
меня последнее, мне уже ничего не нужно, ничего не жалко”. В то же время он 
ощущает, что отдавая себя, разрушаясь, он постигает некоторую конечную, 
финальную, фундаментальную истину, которая представляется ему существенно более 
важной, чем та, которая открывалась ему, когда он был сосредоточен на 
материальном плане существования, то есть на том плане, на котором существует 
Вселенная, и строил с ней отношения на равных, как это происходит на фазе 
осуществления. В этой его жертвенности нет проекции вины, то есть он не говорит 
миру: ”Ты виноват в том, что я погибаю”. Он принимает это положение вещей, 
смиряется с ним и старается сосредоточиться на том, что было ему недоступно на 
фазах творения и осуществления. Он платит по счетам за те части своей судьбы, 
когда он брал авансы и их частично реализовывал, и у него нет сомнений в том, 
что именно сейчас - время расплачиваться, и бунтовать против этого он не 
склонен.
Вопросы к читателю. Какое чувство вызывают у вас вопросы маленьких детей: 
восхищение, умиление, желание ответить по существу или от них отмахнуться ввиду 
их общей бессмысленности и глупости? Какую из фаз времени вы считаете самой 
несущественной? Ответьте так, как вы сказали бы на людях, и подумайте, каково 
ваше истинное, внутреннее отношение к этим фазам? Считаете ли вы, что слово 
“оптимист” в сущности означает “дурак”? Считаете ли вы, что в старости к 
человеку приходит мудрость? Какой возраст для президента страны вы считаете 
оптимальным: не старше сорока лет, от сорока до шестидесяти, не менее 
шестидесяти? Какой из трех сезонов - весна, лето, осень - нравится вам больше? 
Когда вам легче работается?
Мировоззрение
Мировоззрение это, так сказать, теоретический фундамент отношения человека к 
миру. В зависимости от того, в какой модальности времени человек находится, его 
отношение к миру может сильно меняться.
Для модальности творения характерно отношение к миру игровое и несерьезное, то 
есть человек играет с миром, совершенно не задумываясь о последствиях своей 
игры ни для себя, ни для мира. Мир дан ему как изначальная данность, которая 
еще только собирается проявиться, и результаты действий человека видны ему, в 
лучшем случае, в туманной дымке. Ничто не предполагает серьезности будущего. 
Человек принимает мир, причем принимает его безоговорочно, - это другая сторона 
его безответственности - и, во многом, наивно. Он поглощен миром и полностью 
вовлечен в него. Здесь еще нет разделения “это - я, а это - он”. Призыв: 
“Будьте, как дети” - чаще всего означает: “Будьте непосредственны в своем 
восприятии”, то есть включите у себя модальность творения. Человек воспринимает 
себя субъектом опеки, заботы, благотворительности и центром мира. Можно сказать 
больше, он считает, что мир это и есть он, а то, что находится за пределами его 
восприятия и жизни, человек в принципе игнорирует.
Для фазы осуществления характерно, наоборот, серьезное и уважительное отношение 
к миру. Человек считает, что мир сложен, что он сам сложен и может сделать 
многое, он относится к миру во многом операционально, то есть ищет инструменты 
воздействия на мир и в какой-то мере воспринимает себя таким инструментом; свои 
способности, таланты он рассматривает именно с операциональной точки зрения: 
“Что я могу сделать в мире?” Если он боится мира, он так же инструментально 
задается вопросом “Что мир может сделать со мной?” Именно на этой фазе времени 
человек придает особое значение своему уму, мышлению, в то время как на фазе 
творения человек ценит или, наоборот, отрицает непосредственно с ним 
происходящее, не особенно задумываясь, что его нужно как-то помыслить, оценить 
и т.д.; в частности, на фазе творения не особенно ценится мышление: оно 
воспринимается как нечто сугубо вспомогательное. На фазе осуществления человек, 
естественно, проводит границу между собой и миром. В принципе, он считает, что 
он должен заботиться о мире в той же мере, что мир должен заботиться о нем, или 
человек сам должен заботиться о себе, организуя себе пространство в пределах 
мира. Во всяком случае, он не считает, что он является центром мира, но ощущает,
 что в мире есть для него место, и это место можно найти и освоить. Концепция 
поиска и нахождения своего места в мире в принципе возможна лишь в модальности 
осуществления.
В фазе растворения человек приобретает определенный отстраненный, 
снисходительный, направленный как бы сверху вниз взгляд на мир. Ему свойственна 
мудрость, понимание тонкости мира, целей его развития, лежащих за пределами 
обычного восприятия, свойственного фазам творения и осуществления. Теперь он, 
человек, заботится о мире, но заботится о тонких вещах, а не о грубых 
операциональных моментах, как на фазе осуществления, и его разделенность с 
миром приобретает качественный характер, то есть человек ощущает, что мир - это 
одно, а он, человек, - это нечто совершенно другое, он вне этого мира, он 
тоньше. Здесь проявляется и высоко ценится такое качество как мудрость, стоящее 
выше ума и являющееся более тонким, более интегрирующим понятием. На фазе 
растворения человек уже не нуждается в заботе мира, он как бы отдает себя ему. 
Здесь между человеком и миром уже нет границы, человек уходит и, уходя, говорит 
свое последнее слово, наполненное мудростью, высшим пониманием и глубоким 
видением. Он пока в некотором условном и не очень важном для него смысле вместе 
с миром, но это обстоятельство быстро пройдет, а главное то, что он не от мира, 
и именно эту позицию он ценит и в ней пытается что-то делать, причем то, что он 
делает, плохо понятно остальным фазам времени, хотя может ими уважаться, а 
может и презираться. Этот человек нередко берет на себя доделывание чужой 
работы, иногда безнадежной работы, и занимается ею во имя целей, которые видны 
лишь на фазе растворения. С точки зрения фазы осуществления его деятельность 
чаще всего бессмысленна или неэффективна.
Вопросы к читателю. Согласны ли вы с тем мнением, что только легкомысленный 
человек может хорошо отдохнуть? Что вы цените выше - ум или мудрость? Любите ли 
вы афоризмы? Короткие стихотворения? Считаете ли вы, что вся мудрость мира 
может быть выражена в нескольких фразах? Согласны ли вы, что талант - это 
девяносто девять процентов упорного труда и один процент вдохновения? Считаете 
ли вы легкомыслие безусловно отрицательной чертой человека? Как вы считаете, 
бывают ли ситуации, где самозабвенная поглощенность собой важнее, чем трезвый 
взгляд на действительность?

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь